Тёмная фея Офелия и песнь ночи: читать начало книги онлайн

Он озорно подмигнул Офелии, так что та усмехнулась.

– Нет, не думаю, – ответила она. – Посмотрев на нас троих со стороны, можно решить, что мы сбежали из мира иллюзий. Так чем нас может напугать дом проводников?

Тиберий вздохнул.

– Видно, голос разума слушать уже никто не желает. Ладно же, давайте поторопимся, а то так и замёрзнуть недолго.

Действительно стало гораздо холоднее, и порывы ветра усилились. Но, расправив плечи, они отправились в дорогу. Город постепенно засыпал, и по пути им попалось всего несколько гоблинов, которые спешили по своим делам в Верхний мир. Но, похоже, даже им не нравилась погода на улице, потому что они старались поскорее преодолеть курган, соединяющий Новый город со Старым. Именно здесь проходила ежегодная полуночная ярмарка Потустороннего мира, которую, конечно, не видел ни один человек. Однако сейчас на холме не было палаток и ларьков, и гоблины неслись вперёд, не разбирая дороги. Офелии очень не хотелось случайно столкнуться с кем-то из них.

– В такую мерзкую погоду ни одно разумное существо на улицу выйти не осмелится, – бубнил Тиберий. – Одни мы тут бродим. Ох надо же… И она тоже прогуляться решила.

Офелия присмотрелась, куда он показывал, и заметила на скамеечке тёмную фею в жутких лохмотьях, которая что-то бормотала себе под нос. У её ног сидели голуби. Спутанные чёрные волосы падали ей на лицо. На фоне Национальной галерии Шотландии, выполненной в классическом стиле, фея выглядела очень убогой.

– Это ещё кто? – спросил Август.

– Филиппа, – ответила Офелия. – Воронья голова, ненормальная, в общем. Она обычно любит сидеть на какой-нибудь скамеечке в подземном мире или тут, поближе к рынку. Над ней все смеются и не всегда безобидно подшучивают, особенно молодёжь. Но ей, похоже, всё равно.

Август с интересом смотрел на Филиппу, которая наклонилась вперёд и что-то шептала.

– Что это она делает?

Офелия пожала плечами.

– Похоже, сама с собой разговаривает. А может, с птицами. Это она тоже любит.

– Совсем как ты? – весело спросил Август. – Без обид, но ты ведь тоже разговариваешь с Тиберием. Или что, скажешь, он не птица?

– Это совсем другое, – покачала головой Офелия. – Тиберий-то мне отвечает. Не всегда, конечно, но, как правило, да. Он – разумное существо, у него есть воля, характер, а ещё он знает столько ругательств, что в голубином умишке и не уместились бы.

Тиберий захлопал крыльями.

– Надо же, какой комплимент. Я так польщён.

– Зря ты голубей недооцениваешь, – заметил Август. – Знаешь, как хорошо они ориентируются на местности? Тут им равных нет. А всё потому, что они ориентируются на магнитные поля Земли. А какую они скорость развивают – до ста двадцати километров в час! И лететь так они могут очень долго. А ещё они могут выкармливать птенцов специальным молоком, что делает их независимыми от других кормящих животных. Между прочим, большинство важных писем в ваш Потусторонний мир доставили именно голуби.

Офелия закатила глаза.

– Ладно, ладно. Я же не знала, что голуби – твои друзья.

– Не друзья они мне, – ответил Август. – Хотя было бы неплохо с ними подружиться. Просто птицы гораздо умнее нас. И наш гений-ворон – не один такой исключительный. Они свободные создания и при этом не отнимают свободу у других. Насколько лучше бы стал мир, если бы мы были, как они. Я так скажу: если бы я мог, я бы, пожалуй, тоже поговорил с ними. Должно быть, с некоторыми животными объясняться очень непросто. Не всех из них можно понять. Крысы, например, довольно скрытные существа и не со всяким ещё заговорят. К слову, это признак благоразумия.

Офелия посмотрела на Филиппу. Та всё ещё что-то бубнила.

– Дело даже не в том, что она разговаривает с животными, – сказала Офелия. – Филиппа живёт в гнилом дереве вниз по течению реки, и она ненормальная. В Академии часто говорят, что мы можем закончить, как она. И я стану такой, если не буду прилежно учиться, как подобает настоящей тёмной фее.

Август поднял брови.

– А сейчас ты какая? Фальшивая?

При других обстоятельствах Офелия сейчас же прекратила бы разговор. В конце концов, её душевные переживания никого не касались. Тем более – они не касались Августа Пинлина. Но от него веяло такой заботой, голос звучал так мягко, а улыбка была такой ласковой, что ответ слетел с её губ раньше, чем она успела его обдумать:

– Скажем так: мне над собой ещё работать и работать.

– Как по мне, у тебя пока всё получается отлично, – пожал плечами Август. – И резиновые сапожки ты выбрала просто чудесные. Это же сейчас последний писк моды.

Офелия рассмеялась.

– Вот видишь, ты же понятия не имеешь, какой должна быть настоящая тёмная фея. А настоящая фея, например, не стала бы носить резиновые сапоги. Тем более такие яркие.