– А теперь, Ольга Георгиевна, – он сделал шаг ко мне и протянул руку, – ваша очередь.
Я замотала головой. Под рёбрами шевельнулось дурное предчувствие, мол, добром это не кончится:
– Михаил Васильевич, можно не сегодня?
Но на помощь ему пришла Даша:
– Ольга Георгиевна, ну пожалуйста, – она сделала умильные глаза и сложила руки домиком на груди. – Танцевать очень весело, даже если у вас не сразу получается. Мы же вместе!
Да уж… Ну и как ей отказать?
– Хорошо, – сдалась я, поднимаясь на ноги, – только недолго.
Львов терпеливо ждал, и я вложила свою ладонь в его, после чего он бережно, как и в прошлый раз, положил другую руку мне на талию.
– Вспомните, чему я вас учил, – произнёс наставительно.
От улыбки не осталось и следа, теперь он был полностью сосредоточен на процессе. Может, это я надумала себе лишнего? И зазря переволновалась.
– Шаг вперёд с правой ноги, – скомандовал он. – Раз-два-три.
Я сделала шаг, стараясь не сбиться. Получалось чуть лучше, чем в прошлый раз, и Михаил Васильевич одобрительно кивнул.
– Хорошо. А теперь попробуем с поворотом.
Мы закружились по залу, и я в полной мере поняла, как же это непросто – переставлять ноги так быстро и ловко, чтобы не отдавить их преподавателю. Увлёкшись шагами, я не сразу осознала, что сегодня он старается танцевать ближе, чем в прошлый раз.
Слишком близко.
Я только хотела отстраниться, но в этот момент боковым зрением заметила до боли знакомую фигуру и едва сдержалась, чтоб не вскрикнуть.
На пороге стоял его превосходительство с бледным от злости лицом, тёмными глазами и сжатыми в белую полоску губами.
И неотрывно следил за рукой Львова, покоившейся на моей талии.
Глава 55
На секунду я замерла и тут же потеряла равновесие, едва не впечатавшись лицом в грудь Львова. Растерявшись, тут же отпрянула, бормоча сбивчивые извинения, а танцмейстер укоризненно отметил:
– Ну что же вы! Осторожнее, Ольга Георгиевна.
– П-простите, – ответила чуть заикаясь и снова попыталась отстраниться, но Михаил Васильевич, не замечая в дверях Строганова, только крепче сжал мою талию.
– Вы слишком зажаты, расслабьтесь, – произнёс он почти интимным шёпотом. – Этот танец требует полной отдачи. Вальс – это свобода и полное доверие к партнёру. Вы же мне доверяете?
Честно?
Ни капельки, особенно сейчас.
Положение спасла Даша. Заметив его превосходительство, девочка подскочила с места и радостно воскликнула:
– Папенька! Смотрите, как здорово получается у Ольги Георгиевны!
“Ага, – мрачно подумала я, не ожидая от его появления ничего хорошего. – Просто превосходно.”
Михаил Васильевич наконец обернулся. Увидев Дмитрия Александровича, мужчина тут же остановился, но ладонь с моей талии убрал не сразу. Пришлось самой отступить в сторону, причём чувствовала я себя так, будто меня застали не за танцами в гостиной, а с карманами, полными хозяйского столового серебра.
И это при том, что я не сделала ничего плохого! У меня и в мыслях не было поощрять Львова!