Люди земли. Истории тех, кто изменил мир сельского хозяйства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

О Потапенко говорили: «Он ни разу не ошибся», намекая на то, что Александр Иванович прошел войну сапером. Не ошибся он и с амурской лозой, считая, что этот северный дикий виноград можно окультурить и сделать конкурентом привычной лозы. Амурский виноград в Большехехцирском заповеднике Хабаровского края.

© Игорь Онучин/РИА Новости

Дружеские отношения связывали Потапенко с историком Львом Гумилевым. Бывая в Ленинграде и останавливаясь у него дома, он спал на раскладушке покойной мамы хозяина – Анны Ахматовой. Гумилев поддержал исторические труды Потапенко, согласно которым русское виноградарство началось не 300, как это было принято считать, а 1000 лет назад. Помог селекционеру опубликовать его книги «Старожил земли Русской» (1976) и затем «Виноград на Волге и Дону» (1989). Супруга Людмила, с которой ученый познакомился в книжном магазине, вспоминала, что с первых дней совместной жизни она просыпалась от стука пишущей машинки.

Впереди планеты всей

Александр Иванович говорил, что после развала СССР и ухода из Союза южных республик нашу страну можно характеризовать как северную. И нам нужен свой сорт винограда, который сможет выживать без химии, в отличие от Италии и Франции, где сегодня, если не использовать ядохимикаты, любой виноградник будет на корню уничтожен милдью, оидиумом и филлоксерой.

Великая заслуга селекционера, что его виноград имеет природный иммунитет к милдью и оидиуму. А от филлоксеры его защищают условия произрастания, то есть заморозки. «На огромных пространствах, сравнимых со всей Европой, где в настоящее время нет и не может быть из-за суровости климата промышленного виноградарства, оно становится возможным… Россия может стать по-настоящему виноградарской страной и притом впереди планеты всей», – писал селекционер. Приводил расчеты, что только на Нижней Волге под виноградники можно занять 1 миллион гектаров земель, которые числятся бросовыми и непродуктивными. «После нефти и наркотиков виноградарство по доходам может стать третьим», – утверждал в одном из последних интервью селекционер. А ошибаться было не в обыкновении матерого сапера, который на фронте разминировал более 900 бомб и снарядов.

Свои труды Потапенко подытожил словами: «Основное сделано… Продолжением должны заниматься молодые и энергичные». Свое научное наследство он, как и обещал, оставил России, веря, что наша страна станет великой виноградной державой.

Мария Позднякова

Павел Яковлевич Голодрига. 1920–1986 гг.

© Крымский научно-исследовательский центр виноградарства и виноделия «Магарач»

Павел Голодрига

Есть шаблон восприятия, согласно которому люди земли просто обязаны работать исключительно на земле. Павел Голодрига был уверен, что вскоре работа на земле дополнится кое-чем другим: «Селекционеры XXI века будут работать с ЭВМ. ЭВМ спрогнозирует скрещивание, а работа с генами будет достаточно сознательной – вот такое направление XXI века. Уже закладывается база для селекции на клеточном уровне, то есть мы можем сознательно отбирать мутации на клеточном уровне и вырастить нужное растение из одной клетки». В принципе, Павел Яковлевич, родившийся в 1920 году, мог бы дожить до компьютеризации селекционного дела. Но антиалкогольная кампания, в ходе которой были уничтожены виноградники с его уникальными сортами, подкосила ученого.

Триумф и трагедия селекционера

Павел Голодрига вывел уникальные сорта винограда и был сломлен, когда его детища пали под бульдозерами в рамках кампании по борьбе с алкоголизмом

Павел Голодрига вошел в историю отечественной и мировой науки как селекционер, чьи открытия изменили виноградарство. Он доказал, что можно вывести сорта, одновременно устойчивые к болезням, морозам и засухе, при этом сохраняющие высочайшее качество ягод. Именно таковы его «Аврора Магарача», «Рубиновый Магарача», «Подарок Магарача», «Цитронный Магарача», «Антей Магарачский» и еще более 50 наименований. Так благодаря его труду мечта виноделов стала реальностью.

Однако в 1985 году антиалкогольная кампания превратила триумф селекционера в драму, а затем и в трагедию: уникальные сорта, выведенные Павлом Голодригой, подлежали уничтожению. Не пережив краха своего дела, ученый ушел из жизни 19 декабря 1986 года.

Путь к Магарачу

Он сразу знал: его жизнь будет связана с виноградом. Шутил, что сама судьба намекнула ему на это – ведь родился он в Винницкой области. После школы Павел поступил в Краснодарский институт виноградарства и виноделия – первый шаг на пути к мечте. Но через два года после начала учебы грянула Великая Отечественная война.

Когда она закончилась, в Краснодарский институт виноградарства и виноделия с фронта вернулось всего четверо студентов. Среди них был и Павел Голодрига. Он прошел огонь и воду: воевал на 1-м и 2-м Украинских фронтах, затем на 2-м Прибалтийском и 2-м Белорусском. Завершил войну в звании капитана, был награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени, медалями «За освобождение Варшавы» и «За победу над Германией».

После окончания института Голодрига был направлен на работу во Всесоюзный научно-исследовательский институт виноделия и виноградарства «Магарач», которому отдал почти 40 лет своей жизни. Он был не просто селекционером, а визионером – умел создавать образ будущего и активно работать над его приближением. Голодрига одним из первых начал использовать компьютер (тогда ЭВМ) в своей работе.

«Селекционеры XXI века будут работать с ЭВМ, – предрекал он. – Селекционеру не нужно будет держать в собственной памяти 20 тысяч признаков – он будет работать с машиной. ЭВМ спрогнозирует скрещивание, а работа с генами будет достаточно сознательной – вот такое направление XXI века. Уже закладывается база для селекции на клеточном уровне, то есть мы можем сознательно отбирать мутации на клеточном уровне и вырастить нужное растение из одной клетки».

Его идеи опережали время. Голодрига разработал собственную схему ступенчатой селекции и создал уникальную иммунно-селекционную программу «Аналог». Но, конечно, главное – это сорта винограда линейки «Магарач», которые появились благодаря трудам Павла Яковлевича. И характер у них был ему под стать. «Аврора Магарача», «Рубиновый Магарача», «Подарок Магарача», «Цитронный Магарача», «Антей Магарачский» и «Юбилейный Магарача» – настоящие воины. Они не сдаются перед самыми распространенными виноградными болезнями: милдью, серой гнилью и филлоксерой. Они не боятся холода: большинство сортов выдерживает морозы до минус 22–25 °C. Их успешно выращивают в Крыму, на Северном Кавказе и в других регионах с умеренно прохладным климатом. А «Подарок Магарача» удивляет еще и высокой засухоустойчивостью. Но главное – высокая урожайность. «Юбилейный Магарача» дает около 108,5 центнера с гектара, а «Цитронный Магарача» в промышленных условиях способен показать результат свыше 200 центнеров с гектара (для сравнения: средняя урожайность винограда в том же Крыму в 2025 году была около 70 центнеров).

Без алкоголя

Удивительно, но человек, который вывел немало сортов винограда, сам к алкоголю относился прохладно. Не любил шумных компаний, посиделкам предпочитал одинокие пробежки вдоль берега моря. «Виноградарь должен жить долго», – любил повторять Голодрига. Ведь хотя виноградная лоза начинает плодоносить уже на второй год после посадки, но по-настоящему раскрыть свой потенциал, дать качественные плоды, пригодные для производства ценных вин, она способна лишь через много лет. Для виноделов, к примеру, лоза моложе 10 лет практически не представляет интереса при производстве элитных вин. Это значит, что селекционеру приходится ждать десятилетия, прежде чем можно будет полноценно оценить результаты своей работы.

Работать Голодрига предпочитал в одиночестве. А свою диссертацию и вовсе написал на берегу моря – каждое утро забирался на скалу «Дива» у Симеиза, чтобы никто не отвлекал.

Несмотря на то что родился Голодрига в небольшом селе, все отмечали в нем поистине аристократическое благородство.

«Меня и еще двух офицеров нашего танкового полка называли „старосветскими помещиками“, – вспоминал позже однополчанин Голодриги, директор Ялтинского театра имени Чехова Виктор Краюхин. – Мы не признавали спиртного, не ругались и достойно вели себя с женщинами. Тон в нашей „старосветской“ троице задавал начальник радиосвязи полка, тогда 25-летний Павел Голодрига».

Это благородство он пронес через всю жизнь. Поэтому коллеги даже не удивились, когда однажды в заграничной командировке он потратил кучу денег на рыцарские доспехи. Это было в его стиле.

Трагедия и наследие