Люди земли. Истории тех, кто изменил мир сельского хозяйства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вообще-то он так и действовал. Более того, кое-что у Мичурина получалось, недаром же он упоминал в своих «брюзжаниях», что новые сорта «разошлись по покупателям». Другой вопрос, что покупателей было немного, и за ними приходилось в буквальном смысле гоняться, чему свидетельством дневниковая запись Мичурина: «От раздачи 20 тысяч каталогов можно получить около ста заказчиков…» А ведь к тому же Бербанку, если верить его словам, фермеры стекались за сотни миль, и даже стояли в очередях. К Мичурину же в очередях не стояли. Может, дело в качестве гибридов? Но как тогда быть со словами Фрэнка Мейера, что растения Мичурина в чем-то даже превосходят гибриды Бербанка?

Даже в преклонном возрасте Иван Владимирович работал по 12–14 часов в день: «Мичурина всегда можно было встретить где-нибудь на солнцепеке со своей походной лабораторией…» Академик ВАСХНИЛ Иван Мичурин со своим помощником в саду. Мичуринск, Тамбовская область, СССР. 16 сентября 1932 г.

© РИА Новости

Любители говорить о том, что «рыночек все порешает», очень часто упускают из вида недобросовестную конкуренцию. Она может проявляться по-разному. Иногда ее причиной становится убеждение, что все отечественное по определению хуже иностранного. Именно на этом и давала осечку коммерческая деятельность Мичурина, который в 1906 году сетовал: «Дело русских сводится к тому, как посадить, да как привить, а сорта нам Бог пошлет в лице иностранцев – как их самим вывести, это уж не наше дело…» И это не пустое брюзжание. В том же 1906 году под эгидой Российского Императорского общества плодоводства выходит «Атлас плодов», открывающийся следующим пассажем: «Помологическая литература на русском языке чрезвычайно бедна. До нынешнего времени издано только одно сочинение, именно „Русская помология” доктора Эдуарда Регеля…» Тот факт, что отцом научной помологии, то есть дисциплины, изучающей сорта плодовых растений, во всем мире считается русский ученый Андрей Болотов, игнорируется.

Точно так же игнорируются заслуги Мичурина. Это признается многими, например вице-президентом Императорского общества садоводства Артуром Ячевским, который пишет Мичурину: «Ваши работы настолько ценны для России, что заслуживают всяческой поддержки. Я это уже не раз говорил многим, но у нас любят восхищаться американцами, а своих не признают. Едва ли департамент земледелия пойдет на выдачу ежегодной субсидии…»

Наследие «чудака»

Кстати, этот упрек можно адресовать тому же Тимирязеву – о Бербанке он знает и пишет, а о Мичурине – нет. И если бы не случайность 1920 года, когда профессор Сократ Чаянов уговорил делегатов Всероссийского съезда по прикладной ботанике, проходившего в Воронеже, не разъезжаться по домам, а навестить в Козлове некоего чудака, наследие Мичурина так бы и пропало. Но среди делегатов съезда был молодой Николай Вавилов, который пришел от трудов Мичурина в восторг и продавил-таки и помощь, и издание его работ, и рекламу. Больше Мичурин уже не «брюзжал». Времени не было – из 300 выведенных им сортов растений 150 приходится на период до 1920 года, и 150 – на оставшиеся 15 лет жизни.

Мичурин вырастил целую когорту помощников. Но сам считал себя помощником природы. В ночь его смерти в Одессе рухнуло огромное дерево, и писатель Юрий Олеша недоумевал: «Странно. Не было ни дождя, ни бури… Что случилось?» Но, взглянув на свежую газету, воскликнул: «Ах, вот что! Умер Мичурин. Природа откликнулась на смерть своего помощника. Он был очень старым и тоже напоминал могучее дерево…». Мичурин среди своих помощников. Мичуринск, 1932 г.

© РИА Новости

Сорта Мичурина и сейчас в ходу. Но не все. В Госреестр охраняемых селекционных достижений РФ входит лишь 11 сортов. Значит ли это, что все остальное – хлам? А вот тут – как посмотреть. Эксперты Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН давно уже бьют тревогу – в течение XX века утрачено около 75% генетического разнообразия сельскохозяйственных культур. В США этот показатель доходит до 97%. Случись с оставшимися сортами какая-нибудь болезнь, и катастрофа неминуема. Так что разнообразие сортов – это наша страховка на случай неожиданностей.

Константин Кудряшов

Александр Иванович Потапенко. 1922–2010 гг.

© Фото из личного архива семьи А.И. Потапенко

Александр Потапенко

Писатель и художник, историк и селекционер – Александр Потапенко фигура в высшей степени загадочная. Неудивительно, что знакомство и дружбу он водил с такими же нетривиальными людьми, например с историком Львом Гумилевым и путешественником Туром Хейердалом, исследования которых вызывали и до сих пор вызывают ожесточенные споры в академической среде. Небесспорны также исторические работы самого Потапенко, утверждавшего, что виноград можно назвать «старожилом земли Русской». Но любому, даже самому злобному скептику Александр Иванович мог предъявить железный аргумент – выведенный им зимостойкий виноград, выдерживающий заморозки до минус сорока градусов…

Без лозной скромности

Селекционер Потапенко вывел удивительный виноград, который может прославить Россию как один из центров мирового виноделия

Известный американский винодел Том Ринальди, отведав в гостях у Александра Потапенко вино из выращенного им винограда, вылил в раковину содержимое привезенной с собой бутылки. Тогда же он пригласил селекционера в Америку, пообещав солидное вознаграждение, но с одним условием: все патенты на сорта будут принадлежать его фирме. Потапенко ответил: «Я Родину не продаю. Пусть мое наследие останется в России».

Людмила, супруга виноградаря, вспоминала этот случай уже после смерти мужа. Селекционера Александра Потапенко, автора мировой сенсации – зимостойкого русского винограда, который выдерживает мороз до минус 40 градусов без укрытия (!) и не требует обработки ядохимикатами, не стало 28 августа 2010 года.

Пережила в тайге ледниковый период

В середине 1980-х годов Александр Потапенко, научный работник Всероссийского НИИ виноградарства и виноделия, специально переезжает в Волгоградскую область. Здесь, по его расчетам, идеальные условия для продолжения селекции зимостойкого винограда. С одной стороны, жаркое и солнечное лето, с другой – заморозки до минус 40 градусов. В этих условиях ученый окультуривал виноградную лозу, найденную в начале века в амурской тайге. «Эта лоза, пережив ледниковый период, выработала высокую зимостойкость и притом располагает очень положительными вкусовыми задатками, сравнимыми с европейско-азиатским культурным виноградом, – писал ученый. – Недостаток у лианы лишь один – крайне мелкие ягоды, главный объем в которых занимают семена». Несколько десятилетий упорного селекционного труда потребовалось, чтобы увеличить грозди и, главное, довести выход сока до 70–80%.

Впервые амурскую лозу Потапенко увидел в двенадцать лет благодаря отцу, который занимался селекцией винограда. В юности он настолько увлекся семейным делом, что в своих письмах с фронта (войну он прошел сапером с 1941 года до победного 1945-го) прежде всего интересовался, как ведет себя на такой-то делянке такой-то номер лозы. Будущий известный ученый держал в голове план опытного виноградника.

В мирное время в поисках наилучших форм таежного винограда Александр Иванович, уже в качестве научного сотрудника, четырежды побывал в экспедициях в Приморье. Окультуривать таежную лозу Потапенко вначале планировал в Оренбургской области, но вовремя понял, что там заморозки опускаются ниже 50 градусов, а по его расчетам, предел амурской лозы – не ниже 40 с небольшим градусов мороза. В итоге последние 30 лет жизни он провел в Волгоградской области.

Старожил земли русской

Скромный дом ученого в селе Оленье повидал многих известных гостей. Здесь он угощал виноградом итальянского путешественника Карло Маури. Вспоминал: «Карло потянулся к спелым ягодам и тут же отдернул руку с вопросом: „Без химикатов?”. Потапенко его вопрос не удивил: он прекрасно знал, что виноград, который выращивают на родине Маури, опрыскивают минимум 17 видами ядохимикатов, чтобы противостоять болезням, которые убивают лозу, а значит, и весь виноградный бизнес. Ученый удивил итальянца, что не использует вообще никаких ядохимикатов, даже корни лозы могут обойтись без минеральных удобрений.

Новые сорта винограда ученый имел обыкновение называть в честь достижений своих друзей. Так появился виноград «Кон-Тики» – в честь плота, на котором путешественник Тур Хейердал пересек Тихий океан. Потапенко не скрывал своего восхищения смелостью Хейердала и счел чудом, когда Тур лично приехал к нему в гости и – так уж совпало – отметил в Оленьем свой день рождения, попутно заразившись страстью виноградарства. Позже в письмах знаменитый норвежец рассказывал, как замечательно прижились у него дома подаренные русским селекционером саженцы. В честь эпопеи Михаила Шолохова, с которым Потапенко также дружил, еще один сорт он назвал «Тихий Дон».