— В каком смысле?
— Помнишь историю интеграции Изначальной Пустоты? Бабушка рассказывала, что они не запечатали её и не изгнали. Они нашли способ включить её в общую структуру мира.
— Ты предлагаешь сделать то же самое с проклятием?
— Почему бы и нет? Проклятие — это тоже форма энергии. Искаженная, деструктивная, но энергия. Возможно, её можно трансформировать.
Идея была революционной и пугающей одновременно. Никто раньше не пытался не исцелить проклятие, а превратить его в благословение.
— Но это крайне опасно, — предупредил Вэй Чжэнь. — Если мы ошибемся, проклятие может распространиться на весь континент.
— А если не попробуем, эти земли останутся мертвыми навеки.
Сяо Мэй приняла решение. Она отправилась к родителям за советом.
Лин Сяо и Лю Чэнь жили теперь в небольшом доме рядом с Кругом Исцеления. Они по-прежнему помогали людям, приходящим за исцелением, но большую часть времени посвящали воспитанию внуков и написанию мемуаров.
— Трансформировать проклятие? — переспросила Лин Сяо, выслушав дочь. — Идея интересная, но чрезвычайно рискованная.
— А помнишь, как мы рисковали, превращая тьму в свет? — возразила Сяо Мэй. — Все наши достижения основаны на том, что мы не боялись попробовать невозможное.
Лю Чэнь долго молчал, размышляя.
— Технически это осуществимо, — наконец сказал он. — Проклятие — это застывшая магия. А любую магию можно переписать, если знать, как к ней подступиться.
— Но потребуется огромная сила и точность. Одна ошибка — и мы можем создать нечто еще более опасное, чем изначальное проклятие.
Лин Сяо встала и подошла к окну, из которого был виден Круг Исцеления.
— Знаешь, что меня больше всего беспокоит?
— Что?
— Мы всю жизнь исцеляли мир по частям. Сначала отдельных людей, потом города, потом целые регионы. Но эти Проклятые земли — они как как инфицированные органы в здоровом теле. Может быть, дело не только в том, чтобы их исцелить, а в том, чтобы понять, почему они до сих пор не исцелились сами.
— Что ты имеешь в виду?
— Мир — живая система. Он должен сам восстанавливаться после повреждений. Если этого не происходит, значит, что-то блокирует естественные процессы заживления.
Лю Чэнь оживился.
— Ты права! Мы все время лечили симптомы, но не искали причину. Что если проклятие не просто магическое заклинание, а защитная реакция?
— Защитная?
— Ну, подумай. Эти земли пережили ужасную травму — массовые убийства, разрушение, отчаяние. Что если проклятие — это способ земли защитить себя от повторной травмы? Лучше быть мертвой, чем снова пережить такую боль.
Сяо Мэй почувствовала, как все встает на свои места.
— Тогда исцеление должно начинаться не с магии, а с терапии. Нужно помочь земле проработать травму.
Следующие месяцы были посвящены подготовке совершенно нового типа исцеляющего ритуала. В его основе лежала не сила, а понимание, не принуждение, а убеждение.
К работе привлекли лучших специалистов из разных областей. Хуа Мэй, несмотря на свой преклонный возраст, согласилась руководить медицинской частью проекта. Ту Шань взял на себя геологические аспекты. Чжан Вэй рассчитывал энергетические потоки.
Но главная роль досталась неожиданному участнику — Хэ Ину, бывшему демону-палачу, который за двадцать лет стал одним из лучших специалистов по работе с травматическими переживаниями.
— Если земля действительно травмирована, — сказал он на одном из планерок, — то с ней нужно работать так же, как с любым травмированным существом. Сначала установить контакт, завоевать доверие, показать, что мы не враги.