— Огурец-два, понял. Огурцам домой.
Лейтенант остановился, словно собирался что-то сказать, передумал и вышел. Дверь закрылась. В комнате несколько секунд стояла тишина, после чего начальник связи не выдержал первым. За ним засмеялся радист, потом остальные. Копец тоже улыбнулся.
— Всё, хватит. Работайте.
— Иван Иванович, — вытирая глаза, спросил начальник связи, — вы представляете, что он сейчас у себя расскажет?
— Представляю. К вечеру весь аэродром будет знать, что у нас радисты сошли с ума.
— А завтра весь округ.
— Тем лучше.
Снаружи снова зазвучали моторы. Дежурная пара возвращалась. На разборе лётчики сидели уже без улыбок, хотя при слове «кабачок» у нескольких человек подозрительно дёргались губы. Копец провёл указкой по карте.
— Теперь переводим с сельскохозяйственного на русский. «Огурцы»?
— Дежурная пара.
— «Кабачок»?
— Самолёт противника.
— «Помидоры пошли налево»?
— Вторая пара направлена в левый сектор перехвата.
— «Морковь сидит в земле»?
— Резерв остаётся на аэродроме.
— «Картошку не копать»?
— Резерв не поднимать.
— «Репа»?
— Контрольная точка.
— «Свёкла»?
— Вторая группа перехвата.
— Хорошо. Зачем всё это?
Один из командиров ответил:
— Чтобы противник не понимал радиообмен.
— Не совсем. Если будем месяцами говорить одно и то же, понимать начнёт. Немцы не идиоты, радиоперехват у них есть, сопоставлять сообщения с происходящим они умеют. Задача системы — выиграть время и не передавать открытым текстом то, что можно заменить одним коротким словом.
Начальник связи добавил:
— Таблица составляется шифровальной службой. В мирное время постоянно менять её не будем, иначе сами запутаемся. После начала боевых действий — новая таблица каждую неделю. При подозрении на компрометацию — немедленно.
— Причём огород остаётся огородом, — сказал Копец. — Никаких сегодня овощей, завтра сапог, послезавтра зверинца. Меняются значения. Сегодня огурец — истребитель, а после смены таблицы огурец может означать бомбардировщик. Кабачок станет аэродромом, морковь — противником, помидор — ещё чем-нибудь. Тот, кто неделю слушал нас и радостно расшифровал половину переговоров, получит знакомые слова с другим смыслом.
Кто-то спросил: