Копец выбрался наружу и отряхнул перчатки. От прямого попадания крупной бомбы такая землянка, конечно, не спасёт, но прямое попадание вообще было отдельным разговором. От осколков, обломков, пулемётного обстрела и близкого разрыва мощный пятислойный накат с грунтовой обсыпкой защитит гораздо лучше обычной казармы. А именно люди были тем, чего нельзя будет быстро заменить после первого удара. Особенно подготовленных техников, мотористов, оружейников и радистов. Самолёт можно получить новый, а вот хорошего механика за неделю не изготовишь.
— Иван Иванович!
Он обернулся. К нему торопился начальник штаба.
— Что?
— Всё готово.
— Они знают?
— Только командир аэродрома. Остальным сказали, что ночью обычная проверка караулов.
— Прекрасно. А нападающие?
— Получили карту района и задачу. Больше ничего.
— Кто командует?
— Капитан из разведбата. Просил разрешить самому выбрать объект.
Копец усмехнулся:
— Правильно просил. Пусть выбирает. Мне не нужен экзамен, где экзаменуемый заранее знает правильный ответ.
Начальник штаба поколебался:
— А если они действительно что-нибудь сломают?
— Оружие учебное, взрывпакеты пересчитаны. Если наши умудрятся настоящими патронами начать стрелять, вот тогда будет совсем другая проверка.
— Понял.
— И ещё. После начала никому не подсказывать. Даже если всё пойдёт к чёрту.
— Даже коменданту?
— Особенно коменданту. Он должен защищать аэродром, а не угадывать, какую задачу придумал командующий.
Капитан, которому предстояло этой ночью изображать немецкого диверсанта, к задаче отнёсся неожиданно серьёзно. Ему дали два десятка человек, несколько учебных зарядов, кусачки, верёвки и право самостоятельно определить цели. От предложения получить план аэродрома он отказался.
— Немцам его тоже никто в штабе округа не выдаст.
— А если разведка заранее сфотографирует?
— Тогда пусть товарищ генерал даст мне аэрофотоснимок.
Снимок нашли. Почти час капитан рассматривал его вместе с командирами групп, а затем потребовал отвезти людей за несколько километров от аэродрома ещё до наступления темноты. Главную стоянку самолётов он отмёл почти сразу. Слишком очевидная цель, хорошо освещённые подходы, несколько постов, пулемётные позиции и практически голое пространство перед проволокой. Склад боеприпасов выглядел заманчивее, но вокруг него обнаружилось отдельное заграждение. ГСМ тоже охранялся.
— А это что? — спросил один из бойцов, показывая на тёмную полосу.
— Овраг.
— К штабу почти выходит.
Капитан посмотрел внимательнее.
— Вот туда и пойдём.