А формы общения у взрослых и подростков разные. И не всегда интересы и возможности у тех и других совпадают.
Вот подростки собрались в подъезде. Они о чем-то говорят или поют, наигрывая на гитаре. Тут, в подъезде, дискуссионный клуб, свои авторитеты, вожаки, иногда свои меры духовных ценностей. Это компания, так сказать, по месту жительства. В ней два-три, а иногда восемь — десять человек. Вовсе не обязательно это плохо. Бытующее иногда стремление родителей начисто избавить сына от общения с дворовыми ребятами, чтобы он «не нахватался чего-нибудь», не только бесполезно, но скорее вредно. Замкнутый в себе, не общающийся со сверстниками подросток часто вял, не уверен в своих силах, а может быть, наоборот, зазнайка. Он не соизмеряет свои возможности со способностями других.
— Простите, но почему собираться именно в подъезде? — резонно возразите вы.
Да, общение необходимо. И разговоры и стояние в подъезде, когда дождь и надо расставаться, а не сказано еще что-то очень важное. Куда-нибудь пойти? Но куда?
Может быть, домой? Домой их просто не пустят такой компанией, чтобы не затоптали чистые полы. Или взрослые начнут слушать, о чем они говорят, и вставлять свои замечания.
А что, если пойти в школу? Но в школе сегодня ничего не организуют: в школе занятия идут в две смены. И компания из класса, не говоря уж о дворовой, в школу прийти не может. Может быть, отправиться в кафе? А деньги? И потом кафе пока что не такое место, где можно просто посидеть, поговорить или сыграть в шашки.
Но если в компании дурная традиция — подраться, похулиганить от скуки, новичок вынужден втянуться, принять условия игры. Знать компанию родителям не худо бы. Зовите домой! Сразу всех или группами — но домой.
Вы, конечно, понимаете: если друзья вашего сына охотно приходят к вам в дом — это ваша заслуга. Если отца или мать считают своим в компании подростков — великая честь. Будьте готовы к контактам, но не навязывайтесь. Не потеряйте доверия!
…Эта история произошла, когда я работал завучем в школе. Ко мне вошли два человека — отец и сын. Чувствовалось, что страсти накалились. Отец еле сдерживался, чтобы снова не начать кричать. Говорил — и голос его срывался от гнева.
— Объясните этому типу, — сказал мне отец, не глядя на сына, — что родителей он должен слушаться!.. Втолкуйте ему, что уроки учить он обязан, дома помогать и не грубить!.. А то…
В это время я смотрел на мальчика. Стиснутые губы у него побелели. В глазах светилась нескрываемая злость.
В учительской стояли два врага, и разговор сейчас был бы не только бесполезным, но и вредным.
— Костя, урок начался, — сказал я. — Иди в класс.
Мальчик ушел.
— Как вы думаете, почему он вас не слушается? — спросил я отца.
Тот немного успокоился, но, не зная, что ответить, пожал плечами.
— Вы с сыном дружите?
— Я — дружу?! Какая же дружба? Он сын — я отец. Втолковываю ему, воспитываю, как могу…
— Ну и как? Получается?
— Когда не получается, объясняю проще! — и отец выразительно потряс кулаком.
— А кулак помогает?
— Помогает, да плохо…
— И как же вы думаете, в чем дело?
Отец молчит. Теперь он сам похож на провинившегося ученика.
— Давайте присядем, — говорю я. И снова спрашиваю: — Скажите, за какую хоккейную команду ваш сын болеет?
— Как это за какую? — удивляется отец. — Откуда мне знать? А вам-то это к чему?
— А дружит он с кем?
— Видел его в подъезде с каким-то парнем со двора.
— Не помните, что он читает? В кино вместе вы давно ходили? На день его рождения товарищей из класса собирали? Или, может, на рыбалку вместе ездите?
— Какая там рыбалка! Откуда у меня время с ним гулять? Я работаю, кормлю его, а он?..