В ущелье ударило так, что грохот перекрыл миномёты. Скальная полка поднялась, будто её подбросили снизу. На мгновение в темноте показалась чёрная масса камней, затем всё рухнуло в разлом. Несколько человек исчезли вместе с ней. По склонам ущелья пошла осыпь. Обломки загрохотали вниз, поднимая пыль. Передовая группа противника оказалась отрезана. Левченко тут же открыл огонь. Очередь из ПКМ прошла вдоль седловины, боевики бросились к руслу, но там их встретили Колесников и двое пограничников. Кто-то пытался подняться по склону, цепляясь за кусты. Сверху посыпались камни, и человек сорвался назад.
— Полка закрыта! — передал Колесников. — Передовых прижали. Работаем!
В ответ из-за завала ударил гранатомёт. Граната разорвалась над позицией Левченко. Пулемёт замолчал.
— Левый, ответь! — вызвал я.
Тишина.
— Левченко!
В рации появился голос Колесникова:
— Левченко ранен! Живой! Осколок в плечо и бок. Пулемёт цел.
— Сильно задело?
— Нормально так, не слабо. Кровь идёт. Сейчас перетягиваем.
— Уводите его вниз. Все к заставе отходите.
— Понял. Доделаем сейчас тут и сразу отходим.
Обрушение полки остановило основную группу у ущелья, но не всю. Несколько боевиков ещё до взрыва успели уйти по склону. Кроме того, существовал второй проход, о котором мы только догадывались. Минут через пять один из пограничников заметил движение ниже пастушьего дома.
— Трое! Нет, пятеро! Идут по руслу!
Они не направлялись к посёлку. Сухое русло огибало сады и выходило прямо к заставе с северо-востока — там, где оборона была слабее всего.
— Громов, бери резерв! — приказал я. — Они обходят по руслу.
— Уже вижу.
Из главного здания вышли Громов и трое пограничников. Громов прихрамывал, опираясь на автомат. Один из срочников, тот самый что прошлой ночью помогал Чернову у школы, тоже хромал, но на другую ногу.
— Вот же инвалиды, — пробормотал Соколов, наблюдая эту картину.
— Других нет.
Резерв занял канаву за кухней. Через несколько минут оттуда началась стрельба. Боевики, шедшие по руслу, наткнулись на них почти вплотную. Первые очереди прозвучали одновременно с обеих сторон. Затем разорвалась граната.
— Север держим! — сообщил Громов. — Человек шесть. Один пулемёт. Отходят.
— Не преследовать. Держите периметр.
— Понял.
Миномёты снова накрыли заставу. Противник, похоже, получил сообщение о подрыве в ущелье и теперь пытался подавить нас огнём. Мины легли плотнее. Одна ударила в склад, пробила крышу и разорвалась внутри. Двери вынесло во двор, из окон повалил дым.
— Боеприпасы! — крикнул кто-то.
— Оставаться в окопах! Всё БК оттуда вынесли! — Заорал в ответ Соколов. — Там только продукты и шмотки разные!
Склад загорелся. Тушить было некому. Другая серия взрывов мин прошла вдоль ограды и накрыла запасную позицию у ворот. Один пограничник погиб, ещё двоих ранило. Чернов с поваром вытащили их под огнём. У одного была разбита рука, второй получил осколок в живот. Чернов сразу потащил его в санчасть.
— Мне нужны люди! — крикнул он мне. — Я не успеваю!
— Возьми легкораненых! Нечем мне тебе помочь.