— Не очень. Опять к Серёжке рвалась, а этот не пускал. И, кажется, у неё опять проблемы начинаются. Она тебе не звонила?
Не звонила. И я тоже забыла позвонить.
Становится невероятно стыдно за собственное малодушие.
— Ир… — продолжить не успеваю. Сверху по лестнице несётся какая-то девица.
Мы сталкиваемся плечами. Телефон вылетает из пальцев и бьётся о перила. Ловлю его у самых ступенек.
— Смотри, куда прёшь! — шиплю. — Чуть телефон мне не угробила.
Она останавливается, медленно разворачивается и приподнимает бровь.
— Сама смотри, куда прёшь, коза.
Делаю шаг вниз и холодно произношу:
— А теперь извинилась и пошла дальше. Поняла?
Она криво усмехается.
— А ты кто такая, чтобы мне тут указывать? Коз-за, — смотрит, презрительно выгибая тонкую бровь.
Внутри всё спрессовывается в тугой ком — плохое настроение, облом с Самерским, новости о маме…
Хватаю её за плечо, накручивая на пальцы тонкую ткань лонгслива.
— Рот свой закрой, пока я тебе зубы не пересчитала.
— Ну давай попробуй.
Ну всё, гадина. Я предупреждала.
Сжимаю пальцы сильнее, но в этот момент рядом останавливается ботан, и одновременно снизу кричат:
— Кать, ты, блин, идёшь?!
Девица резко выдёргивает плечо из моего захвата и быстро сбегает вниз.
— Иду! — кричит, а я стою, вонзая ногти в ладони.
Внутри всё кипит.
— Элина, ты в порядке? — спрашивает ботан, скользя по моему лицу ищущим взглядом.
Поджимаю губы, разворачиваюсь и быстро иду наверх.
В порядке?!
Нет. Я вообще ни хрена не в порядке.
В коридоре вспоминаю, что не закончила разговор с сестрой.
Смотрю на экран. Чёрный.
— Твою ж мать…
Влетаю в комнату, кидаю сумку на кровать и достаю из тумбочки зарядку.