А у меня внутри всё гудит.
Вот же самоуверенный урод.
«Девочка с периферии… Массовка…»
Крепко сжимаю ремешок сумки.
Я не просто с периферии. Я из такого дерьма, милый, что тебе даже и не снилось. Но даже в этом дерьме у меня есть гордость и самоуважение. И я уж точно не позволю хватать себя за руки и пользоваться собой как вещью.
Злюсь. Но лишь плотнее сцепляю зубы.
Потому что на секунду… всего на одну грёбаную секунду мне стало неприятно не из-за его слов. А из-за того, что они задели за живое. И это невероятно выводит из себя.
Прохожу мимо витрины и ловлю своё отражение.
Ровный макияж. Прямая спина. Улыбка стервы на месте. Идеальная картинка.
А внутри — война.
Резко выдыхаю. Заставляю себя успокоиться. Включить голову.
Самерский не хочет вкладываться. Никак. Ни временем, ни вниманием, ни ресурсом. Его цель — лишь попользоваться. Быстро. Дёшево. Без последствий. Ещё и неуравновешенный.
Нет. Я не позволю ему сбить мне прицел. К чёрту его. Он — ошибка маршрута. Временный сбой системы. Не больше.
Впереди виднеется общага.
Лавочки у крыльца свободны. Все, кроме одной.
— Вот и чего сидит тут, словно памятник самому себе, — цежу зло. — Бесит!
Стискиваю зубы и ускоряю шаг.
— Добрый вечер, Элина. Как прогулялась?
Замечательно. Лучше всех. Чего и вам всем желаю.
Глава 5
— Никак, — цежу сквозь зубы и прохожу мимо.
В сумке вибрирует телефон.
Иринка.
Отвечаю и быстро взбегаю по лестнице.
Сестра сообщает, что ездила сегодня к маме. Там всё как всегда. Очень печально.
— Понятно, — вздыхаю.
Оглядываюсь и натыкаюсь взглядом на ботана, идущего на пролёт ниже.
И чего он именно сейчас прётся? Другого времени не нашёл? Надеюсь, хоть не подслушивает?
Поджимаю губы, а потом едва слышно спрашиваю:
— Ир, а вообще… как она?