— Ты уйдёсь?
В голосе не было истерики, только настороженность.
Он осторожно убрал с её лица выбившуюся прядь.
— Иногда надо уходить. Смотреть, что вокруг. Искать людей. Проверять, откуда приходят твари. Если я буду сидеть только здесь, то узнаю о беде, когда она сама придёт к воротам.
Хина нахмурилась.
— Не надо беду.
— Вот именно.
Он снова посмотрел на свою ладонь.
— Поэтому мне нужен светик, который сможет остаться. На поле. В доме. У детей. На границе. Где угодно. Чтобы вам не приходилось каждый раз ждать, пока я прибегу и лично всё исправлю.
Слово «лично» ему не нравилось.
Любая система, которая держалась на одном человеке, была плохой системой. Даже если человек был огромный, упрямый, светился, умел ломать Пустым маски и обладал таким запасом прожитых лет, что на их фоне местные старики выглядели очень бодрыми младенцами.
Один человек мог устать, ошибиться, уйти слишком далеко или встретить что-то, что задержит его на час, на день, на неделю. А за неделю без защиты от хорошего поселения могли остаться только угли, пустые дома и несколько испуганных душ, которым повезло спрятаться достаточно глубоко.
Он не строил место, которое должно было рушиться каждый раз, когда его хозяин отходил за дальний куст. Он строил систему, но пока получалось плохо: она всё ещё слишком сильно зависела от него.
Хина слушала очень внимательно. Конечно, большую часть она вряд ли понимала. Но дети иногда улавливали главное лучше взрослых: не слова, а настроение, вес, понимание, что большой дядя сейчас говорил не про игру и не про капусту.
Она снова посмотрела на его ладонь.
— А светик не хоцет сидеть?
— Не хочет, — сказал он. — Всё, во что я его сажаю, либо ломается, либо портится, либо начинает расти не туда.
— Как Мито, — сказала Хина.
Он моргнул.
— Что?
Девочка ткнула пальцем в сторону песочницы.
— Мито тоже не сидит. Нянеця сказала сидеть, а он убег.
Он посмотрел туда: один из малышей действительно деловито полз в сторону кустов с выражением человека, у которого есть важная миссия и нет времени на правила.
Нянечка заметила это почти одновременно с ним, побледнела ещё сильнее от мысли, что господин видит нарушение порядка, и поспешила ловить беглеца.
Он тихо фыркнул.
— Да. Примерно как Мито.
Только Мито было проще поймать.
Свет в этом плане вёл себя хуже трёхлетки, которому пообещали мытьё перед сном.
Хина удовлетворённо кивнула, будто теперь всё встало на свои места.
— Надо посадиць.