В следующую секунду я резко подорвался, едва не опрокинув кресло.
— Я не цыган!
Крик прокатился по кабинету и затих где-то под потолком.
Несколько секунд я ошалело таращился перед собой, пытаясь понять, где нахожусь. Сердце колотилось так, словно я только что вышел из боя, шея затекла, а на столе передо мной лежала стопка смятых отчётов, на которых я, судя по всему, только что спал.
Я торопливо обвёл кабинет взглядом.
Стол. Шкафы с документами. Несколько стульев. Голые стены.
Ни золотой парчи, ни расписных ваз, ни единого позолоченного украшения.
Я резко вскинул руки и уставился на рукава.
Простая чёрная форма шинигами.
Ни одной золотой нити.
— Фу-у-у-у…
Я с облегчением откинулся на спинку кресла и вытер засохшую на щеке слюну.
— Вот же срань господня… Приснится же такое, — выдохнул я и покачал головой.
Поднявшись с кресла, я потянулся всем телом. Позвоночник отозвался серией глухих щелчков, затёкшие мышцы недовольно заныли.
— Нет, с этим решительно надо что-то делать, — произнёс я, медленно вращая тазом, и уставился на бумажный Эверест сооруженный на столе.
Чёрт возьми, когда я представлял себе захват мира, последовательность действий выглядела как-то попроще.
Я вскакиваю на вороного жеребца, выхватываю шашку и кричу:
«Ну что, други мои, дадим пизды супостату?!»
Дальше мы закидываем шапками всех несогласных с моей политикой, я сажусь на трон вселенной и до конца времён предаюсь благородному ничегонеделанию.
А не вот это вот всё.
— Что за хуйня мне спросонья в голову лезет? — пробормотал я и встряхнул головой, прогоняя последние остатки глупого сна.
Я мрачно покосился на заваленный бумагами стол.
Да уж. Наверное, я первый и последний Кенпачи в истории Сейрейтея, который большую часть времени проводит не на поле боя, а в кабинете, перекладывая отчёты из одной стопки в другую.
Чувствовал себя не главарём банды отмороженных головорезов, а чёртовым офисным планктоном. Только без компьютера, кондиционера и кружки дерьмового растворимого кофе.
Закончив разминку, я решил немного себя побаловать и достал из шкафа кальян. Когда первое облако дыма отправилось к потолку, напряжение, всё ещё остававшееся в теле, окончательно отступило.
— Пха-а-а… Кайф.
Сделав очередную затяжку, я отложил мундштук и подошёл к окну.
Лишь в такие моменты, когда мне удавалось окинуть взглядом всю облагороженную территорию Одиннадцатого отряда, я по-настоящему осознавал, сколько времени прошло с тех пор, как принял здесь бразды правления.
Аккуратные дорожки. Ровно подстриженные лужайки. Чёртова сакура, которая во время цветения выглядела просто великолепно, а потом заставляла тратить уйму времени на уборку опавших лепестков.
Ну и, конечно, моя главная гордость, находившаяся прямо напротив окон кабинета, — тренировочная арена. В неё я вложил столько сил, времени и примерно пятьсот литров собственного пота.