Речной Князь. Книга 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Что, красивый? Всё гадаешь, брёвна мы везём или нет?

Ядро Кутыря прошло вскользь — содрало обвод и село в реку за стругом. По касательной. Ничего, парень. Первый боевой выстрел в жизни, а у струга уже скулы нет.

Вот теперь дошло и до второго.

Их будто кнутом ожгло. Вёсла ударили вразнобой, цепляясь друг за друга, и струг стал разворачиваться к заставе, чиркая лопастями по воде. Насмотрелись. Чудо чудное оказалось с зубами.

Поздно спохватился, малый. Раньше надо было.

Передний клевал носом, вода гуляла у них под лавками. Пора было заканчивать, пока зрители не потонули вместе с добычей.

Я приложил ладони ко рту:

— ЭЙ, НА СТРУГЕ! ЖЕЛЕЗО НА ПАЛУБУ! РУКИ ПОКАЖИ — ЖИВЫ БУДЕТЕ! НУ!

Железо загремело о доски. Копья, топоры, чей-то шелом покатился следом: с перепугу, надо думать, снял. Чернобородый разжал пальцы на снасти и сел, где стоял. Весь вышел павлин. Одни перья остались.

— ВОЛК! — Я махнул рукой. — ТВОЙ ПЕРВЫЙ! КРЮЧЬЯМИ ЕГО — И К БЕРЕГУ ВОЛОКИ, ПОКА НЕ СЕЛ!

«Навь» уже выкатывалась из-за поворота под всеми вёслами, и с борта долетел голос Волка. Слов я не разобрал, но по тону было ясно, что доволен, аж светится. Ещё бы. Добыча сама железо сложила, знай подходи да вяжи. И струг целый почти, и брони.

— Гнус! Второй уходит!

— Вижу его, Кормчий! — Струг Гнуса вылетел из-за «Нави». — Не уйдёт, куцый! Я ему хвост-то прищемлю!

— Клещ! Оба борта — навались! Право помалу!

«Разящий» покатился следом. Потесь легла в струю, река подхватила нас и повела, доворачивая нос за беглецом.

А беглец грёб к мосткам, под вышку, а на заставе уже началась суета. Вдоль частокола бежали люди, на помосте махали руками. Весть пришла раньше гонца.

Греби, дружок, греби. Мы следом идём.

Кормчий на беглеце сидел тёртый. К мосткам напрямую он не пошёл — сообразил, что поперёк течения его снесёт нам под борт. Вместо этого он прижался к своему берегу и погрёб вдоль отмелей, срезая к заставе широкой дугой по мелководью. Туда, куда «Разящий» с его осадкой не сунется.

Хитрый. Дома ходишь, своё дно знаешь.

Только я его дно тоже знал. Ладонь лежала на потеси, и вода докладывала всё: вот его днище скребёт над самым дном, а вон отмель выгибается языком, да ещё коса, которую он собрался обойти под берегом. За косой пряталась узкая протока.

Гнус летел наперерез, но брал широко. На том беглец и строил игру: подпустить, вильнуть за косу, а тяжёлые пусть хлебают ил.

Не выйдет, дружочек. Вода упала. Протоку твою нынче куры вброд переходят.

— ГНУС! ЗА КОСУ НЕ ЛЕЗЬ! ДЕРЖИ ВДОЛЬ, ОН САМ ВЫЛЕЗЕТ!

Гнус не понял, но довернул.

Беглец сунулся в протоку на полном ходу — и сел. Я почувствовал это раньше, чем глазами увидел. Струг проехал на разгоне ещё сажени три и встал. Гребцы заработали вёслами назад, кто-то полез за борт толкать.

Сиди, голубь. Тут тебе по колено, дальше — по щиколотку.

Их кормчий обернулся на нас. Лица я разглядеть не мог, да и незачем. Мужик обманул погоню, нырнул в спасительную щель — а щель возьми и обмелей. Не судьба. Река нынче за нас.

— Хвощ! Достанешь?

— Обижаешь! Стоячего-то грех не приласкать! — Хвощ прилип к колоде. — Прон! Клин на два пальца! Волос ещё! Стой!

— Мимо клади. Перед носом. Они дозрели, только сами не знают.