— Оттого, что он в лад ходить не может, хоть режь. Идёт как пьяный. Всякий строй ломает.
— Не могу я в лад, — виновато пробасил Крень. — Мне ноги сами не туда ставятся. Я и в хороводе не мог, меня девки со смехом гнали.
— А бревно поднять можешь?
— Дык вон. — Крень кивнул на бревно. — Могу и потяжельше.
— Годится, — сказал я.
Следующим стоял тощий мужичок с длинными руками, весь измазанный глиной.
— Луня, — сказал Волк. — Этого я на третий день отставил. Дурная память: трижды покажу — на четвёртый путает. Копьё в левой руке держал, я его учил-учил…
— Оно у меня само в левую лезет, — вздохнул Луня.
— Зато, — Волк ткнул черенком, — этот у меня всё пересчитал. Копья, щиты, рухлядь. Никто не просил, а он пересчитал и мне доложил, что двух жердей недостача.
— Так недостача же была, — обиделся Луня.
— Была, — согласился Волк. — Я потом сыскал.
— Считать любишь? — спросил я.
— Дык это просто, — сказал Луня. — Число оно ровное. Его и спутать негде, оно всегда одинаковое. Это вот людей путать легко, а число — нет.
Хвощ на спине у Кувалды подал голос:
— Кормчий. Четвёртый номер.
— И я о том подумал.
Третий — мужик с перекошенным набок телом, стоял, придерживая бок ладонью.
— Кила, — сказал Волк. — Грыжа у него. Ему тяжести таскать нельзя, а какой воин без тяжестей. Я его сразу отставил, чтоб не помер на учении.
— А что можешь?
— Стоять могу, — сказал Кила. — Мне ходить много нельзя и поднимать нельзя. А руки у меня целые, и голова целая. Я вон Дубине шнур держу целыми днями, размечать.
— Ровно держишь?
— Как струну.
— Годится.
Четвёртым стоял здоровый, крепкий парень, а на лице испуг, будто его сейчас бить будут.
— Мал, — сказал Волк вполголоса. — Этот у Лобана в холопах жил. Его там били так, что он теперь на всякий крик приседает. Я на учении рявкнул — он замер и стоял столбом, покуда я не отошёл. В бою помрёт первым.
Я подошёл к парню. Он вздрогнул.
— Мал.
— Я, — сказал он быстро.
— Работать можешь?
— Могу. Всё могу. Копать, носить, тесать. Я в работе хороший, меня за работу не били. — Он торопился и глотал слова. — Меня за другое били.