— Что это значит?
— Тело получило душу раньше, вот и развитие пошло быстрее. Но не думай, что после рождения он и вырастет быстро. В этом мире он будет обычным младенцем.
— А сейчас он не обычный?
— Нет, пока мальчик не родится, он будет между миров. Его душа всё ещё имеет связь с Изнанкой и сохраняет память.
— Ты хочешь сказать, что Сева-младший будет помнить свою прошлую жизнь? — брови подскакивают сами собой.
— Не исключено, — кивает бог.
— И что могло запустить ускорение?
— Не знаю, — признаёт Скорпион, и в его голосе звучит раздражение. — Скорее всего что-то извне дало толчок. Я ничего такого не делал.
— А ещё варианты могут быть?
— Да всё что угодно. Могло случиться что-то, что пробудило силу внутри плода раньше срока, например.
— Оля взяла за руку Алису, и между ними возникло свечение. После этого Ольге стало значительно лучше, токсикоз ушёл, а тело начало меняться быстрее.
— Алиса? — Скорпион чуть наклоняет голову. — Твоя мачеха?
— Не совсем. Алиса — это Василиса. Василиса Сольпугина, то есть моя мать…
Тишина в храме становится абсолютной. Лицо застывает в одном выражении — я бы назвал его шоком. Да, согласен, не каждый день пропускаешь наследницу вражеского рода в своей вотчине, а потом, после её смерти, снова узнать, что она тут и жива…
— Последняя из рода Сольпугиных, — произносит Скорпион медленно. — Опять пряталась у меня под носом. Всё это время. Как?
— Я сам только узнал. Она была под действием зелья, которое меняет облик, подавлена, без памяти. Сейчас приходит в себя.
— Говорил я тебе не лезть в это дело, — недовольно фыркает бог.
— Она мать прежнего владельца этого тела, — напоминаю, что мы это уже обсуждали.
Скорпион делает шаг ко мне. Свет в храме вспыхивает ярче.
— Ты понимаешь, что Сольпуга — это не просто другой род? Она мой враг. И если его наследница пробудится полностью…
— То мы сможем добиться объединения родов, — заканчиваю за него.
Свет гаснет полностью, а потом вспыхивает снова — багровым. Скорпион злится.
— С тобой спорить бесполезно, — цедит он. — Ты уже всё решил.
Ну, он знал это с самого начала. Чему удивляется, не понимаю, так что решаю напомнить о своём плане.
— Паяльное Жало, — говорю.
— При чём здесь Жало?
— Это артефакт, в котором срослись силы Скорпионовых и Сольпугиных. Мой ребёнок уже несёт в себе это наследие. Свечение между Олей и Василисой — это отклик на родственную силу.
— И что? Это один ребёнок. Твоя жена молода и плодовита. У вас будут ещё дети только моей силы.
Цокаю, глядя на громадину перед собой. Вот же упёртый баран. Вместо того, чтобы подумать, какую это может принести пользу, цепляется за старые обиды, которым больше сотни лет!
И вообще, кто сказал, что мы будем размножаться как морские свинки? Да и не в этом суть.