Кольцо Сольпуги у меня на пальце начинает гудеть и резко становится горячим. У Ольги из-под кожи выходит свечение и стекает к ладоням. Оттуда — на руки Алисы.
Мама дёргается.
— Тише, — шепчет Ольга. — Смотрите на меня.
И тут я вдруг чувствую…
Не Олю и не Сольпугу. Что-то маленькое и упрямое, и оно толкается внутри моей жены. Всей магией ощущаю плотный сгусток энергии. Быстро понимаю — это мой сын.
У меня перехватывает дыхание, и я стискиваю плечи жены сильнее.
Мой сын. Я чувствую его так, как никогда не чувствовал до этого. Это не то же самое, что приложить руку к животу Ольги и ощутить, как он пинается. Чёрт, похоже, он будет сильным магом…
Свечение доходит Алисе до локтей. До плеч. До шеи.
На лице проступает тонкая серая сетка, будто вуаль. Она лежит поверх лица и головы и стягивается к затылку в узел. Я её раньше не видел — и, судя по всему, никто не видел. Но это явно заклинание, которое блокирует её внешний вид и память.
Ольга сжимает пальцы.
— Василиса Никитична Сольпугина! — произносит она громко. — Слышишь? Тебя зовут Василиса Никитична Сольпугина. У тебя есть имя, и я сейчас произношу его вслух. Ты слышишь⁈
Серая сетка вспыхивает белым и вдруг тает, как иней на стекле. Узел на затылке распускается последним, и от этого по комнате проходит хлопок, от которого дребезжат стёкла.
Ольга чуть не падает назад.
Ловлю её. Моя жена насквозь мокрая от пота и слегка дрожит, но глаза широко открыты, и на губах играет улыбка.
— Всё, — шепчет она.
Смотрю на мать.
Она сидит прямо, с закрытыми глазами. Потом резко открывает их.
И в ту же секунду на резко меняется — это больше не Алиса. Всё другое: лицо, осанка, мимика. Что-то на физическом уровне ёкает, я узнаю мать, хоть и прошлый хозяин моего тела видел её в последний раз больше двенадцать лет назад.
Она медленно обводит комнату взглядом.
Останавливается на мне.
— Сева… — выдыхает она. — Сева, тебе же было шесть!
Дальнейшие полчаса я толком не помню.
Алиса… То есть, Василиса плачет, а я держу её и говорю какую-то чушь. Помню, что Ольга тоже ревёт и одновременно смеётся.
А потом Василиса вдруг замолкает и смотрит на свои руки.
— Всё в порядке? — спрашиваю.
— Да. Просто вспоминаю, — отвечает она. — Севочка, оно всё возвращается кусками. Я сейчас вспомнила, что умею.
— И что же ты умеешь?
Она поднимает на меня глаза и несколько секунд молчит.
— Я вспомнила, зачем меня столько лет держали в клинике. У рода Сольпугиных есть особенность… Наше ядро способно втягивать энергию из пространства. Особенно там, где энергии вокруг много.
— На Изнанке? — спрашиваю.