Во власти Скорпиона. Том 6. Финал: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот, к примеру. Смотрите: договор купли-продажи участка, тысяча девятьсот пятьдесят восьмой год, продавец — барон, покупатель — торговое товарищество. А внизу заверение и подпись. Прочтите фамилию.

Протягиваю ему документ. Он читает про себя и бледнеет.

— Может, прочтёте для всех? При понятых.

— Пересмешников, — выговаривает Мещеряков.

— Анатолий Гаврилович, — уточняю. — А теперь возьмите любую другую коробку. Наугад, я даже не буду подходить. И там будет то же самое. Хотите — вон ту, с краю. Или вон ту, у стены.

Сергей переминается. Учитель протирает очки и надевает обратно.

— Пётр Сергеевич, — говорю я, нарушая образовавшуюся тишину. — Вам сегодня в три сорок дали бумагу и сказали: съезди и привези. Вам не сказали, что конкретно. Я вас за это не виню, я на вашем месте тоже бы поехал.

— Граф…

— Дослушайте. Сейчас у вас три пути. Первый: вы всё это описываете честно, как положено, до последней бирки, и подписываете вместе с понятыми. Тогда завтра утром в губернии будет протокол, из которого следует, что в моём доме хранится архив господина Пересмешникова со всей его незаконной деятельностью. И этот протокол уже никуда не денется, потому что он ваш, а не мой.

Он молчит.

— Второй путь: вы описываете половину, а половину пропускаете. Это заметят, потому что съёмка идёт вон оттуда, из угла, и ведёт её мой человек. И тогда через неделю вопросы будут не ко мне.

— А третий? — хрипло спрашивает Мещеряков.

— Третий — вы прямо сейчас разворачиваетесь и уезжаете, — говорю. — Пишете, что владелец не допустил, я это подтвержу письменно. Тогда вы вернётесь к господину прокурору чистым и всё останется как было.

Мещеряков стоит посреди подвала между коробок и думает.

Я его не тороплю. Я вообще люблю моменты, когда человек выбирает сам.

— Я буду всё описывать, — говорит он наконец.

— Разумное решение.

— Только я хочу знать одно, — добавляет он и поднимает на меня глаза. — Откуда это у вас?

— Из подвала городского психиатрического отделения. Оттуда же, где сегодня взорвался корпус с моей женой, — пожимаю плечами. — Совпадение ли, Пётр Сергеевич?

Они описывают весь архив до четырёх утра.

Понятые сидят на табуретках, Сергей дремлет, учитель, наоборот, увлекается и начинает читать бирки сам, вслух.

Я сижу на ступеньках и прикидываю, как именно использовать эту опись.

В третьем часу один из людей Мещерякова, вдруг отходит в дальний конец подвала и останавливается у стены.

Там дверь. Низкая, обитая железом, с двумя замками.

— Пётр Сергеевич, — зовёт он. — Тут ещё одно помещение.

Встаю со ступенек.

Мещеряков подходит, смотрит на дверь, потом на меня.

— Что там?

— Погреб, — говорю. — Продукты, вино, соленья. Дом большой, едоков много.

— Откройте.