Она вышла из-за стойки и направилась к нам, покачивая бёдрами. На ней были короткие шорты и обтягивающая футболка. Розовые волосы были собраны в два высоких хвостика, отчего она казалась совсем юной. Даже её тело было покрыто символами.
Неужели Оливия тоже носила столь непристойную одежду, когда жила здесь?
Когда Лиза приблизилась, сильный жар пополз по моей шее и лицу.
Она взяла меня за подбородок и повернула моё лицо из стороны в сторону.
— Охуеть, Себастьян, ты превзошёл самого себя. — Она посмотрела на меня. — Ты свободен? Я бы не отказалась.
— Не отказалась от чего? — спросил я, моргая.
— Он женат, — вмешался Ли.
— Жаль. — Лиза поджала губы, покрытые блестящей розовой помадой. — Ну что ж, крикни мне, если жена когда-нибудь тебя бросит.
Она ухмыльнулась.
— Крикнуть? — Я попытался представить, как кричу на Лизу.
Зачем мне это делать?
— Роман из крошечной деревушки в Европе. Он не знает нашего сленга, — объяснил Себастьян.
— Понятно. Ну, ты понимаешь, о чём я, — сказала Лиза, поднеся руку к лицу и оттопырив большой палец и мизинец. — Позвони мне.
— Он счастлив в браке, — пришёл мне на помощь Ли. — Нет ни единого шанса, что они с женой когда-нибудь расстанутся. Им уже пришлось пережить вместе больше, чем большинство пар вообще способны себе представить.
— Хорошие мужики всегда заняты. — Она развернулась на каблуках и, покачивая бёдрами, вернулась на своё место за стойкой.
Себастьян смахнул с моей шеи состриженные волосы и снял накидку.
— А ты реально горяч, дружище.
— Да, мне и правда немного жарко, — ответил я.
Себастьян рассмеялся.
— Я имел в виду, что ты выглядишь охуенно. Красавчик, чувак.
Я не знал, что такое «чувак», и спрашивать не хотел.
Себастьян взглянул на клеймо на моей руке.
— Кто сделал тебе эту татуировку?
— После битвы. Рабовладелец в Ри…
— Роман какое-то время был военнопленным, — быстро перебил Ли. — Он служил под началом жестокого военачальника.
— Чёрт, дружище, жёстко, — сказал Себастьян, взял метлу и смёл обрезки моих длинных волос на плоский совок. Затем без всяких церемоний выбросил их в мусорное ведро. — Ещё татуировку хочешь? Правая рука у тебя пустая. — Он кивнул в мою сторону. — В смысле, на сегодня у меня больше никого на стрижку нет. Для меня было бы честью набить тебе на коже что-нибудь значимое. От одного крутого ублюдка другому.
Его лицо стало серьёзным.
Я посмотрел на Ли, и тот кивнул. Тогда я повернулся к Себастьяну и сказал:
— Для меня это тоже будет честью. — Я вытащил кинжал из ножен на поясе. — Сможешь изобразить этот кинжал у меня на предплечье?
Себастьян снова присвистнул.