— Что будем делать дальше?
Ли щёлкнул пальцами.
— Придумал! В последний раз я видел Оливию на фестивале во Фримонте. Она была чем-то обеспокоена, а я, признаться, не слишком внимательно отнёсся к её тревогам. Был слишком поглощён собственными делами.
Он опустил взгляд на пол.
— Хотел бы я тогда уделить ей всё своё внимание. Возможно, сейчас она не оказалась бы там, где оказалась. Но тогда, возможно, она не встретила бы и тебя. — Он тяжело вздохнул. — Ладно, поехали. Пойдём по следу.
Мы вернулись к джипу и снова помчались по дорогам.
Мы пересекли мост и въехали в небольшой городок, где вовсю кипела жизнь.
— Это Фримонт. Милый маленький хипстерский городок.
— Хипстерский?
— Просто такое выражение. — Ли почесал висок. — Это вроде слов «франт», «щёголь» или «денди». Ну или «франтик».
— А. То есть человек, который слишком много внимания уделяет своей внешности и важничает?
— Вроде того. Достаточно близко. — Ли ухмыльнулся. — Учишься.
Не знаю почему, но его похвала меня порадовала.
Ли припарковался, и мы выбрались из джипа.
Пока мы шли по тротуару, я продолжал глазеть по сторонам.
— Давай прикупим тебе новых шмоток, — сказал Ли.
— Шмоток?
— Ещё одно выражение. Означает одежду. Наряд.
— А-а, — протянул я, разглядывая витрину с изображениями человеческих рук, груди, ног, спин и лиц, покрытых всевозможными символами. На одной из картинок была изображена почти обнажённая женщина со змеёй, которая тянулась вверх по её ноге, обвивала бёдра и ползла вдоль позвоночника. Я покраснел и отвёл взгляд от столь бесстыдного зрелища. — Что это за место?
— Тату-салон. Здесь людям наносят на тело рисунки и символы, вроде твоих отметин. — Ли указал на мои отметины на груди и руке.
— И женщины тоже делают себе такие отметины? Они рабыни императора? — Моё лицо продолжало пылать.
— Никаких рабынь. И никакого императора. Они сами этого хотят. Женщины в этом времени очень отличаются от тех, к которым ты привык, Роман. — Он взялся за ручку двери тату-салона.
— Куда мы идём?
— Здесь одновременно тату-салон и парикмахерская. Тебе нужно выглядеть как современный мужчина, а не как нецивилизованный воин, — сказал он, переступая порог. — Ты похож на варвара, Роман.
Я последовал за ним, и на меня тут же обрушилось громкое жужжание, словно по помещению носился миллион насекомых.
Мужчины и женщины, чья кожа была покрыта замысловатыми рисунками, склонились над другими мужчинами и женщинами, водя по их коже какими-то странными устройствами, создававшими эти отметины.
— Что издаёт этот бесконечный шум? — спросил я у Ли.
— Тату-машинки. — Ли прошёл через дверь в глубине помещения, ведущую в комнату, где нескольким мужчинам стригли волосы. — У меня для тебя клиент, Себастьян.
— О, привет, Ли! — Себастьян, смуглый мужчина, покрытый множеством рисунков, поднял голову от клиента, которого стриг. — Вон тот парень?
Он указал на меня.