У входа в огромный дом нас встретили двое конюхов, готовые отвести лошадей и убрать карету.
Граф жестом велел следовать за ним, и мы с некоторой настороженностью переступили порог его дома. Внутри всё оказалось куда роскошнее, чем я ожидал: высокие потолки, богато украшенная мебель. Стены были увешаны картинами, а полы выложены отполированной плиткой.
Мы прошли по коридору в глубь дома, где граф распахнул дверь и пригласил нас в просторную комнату, заставленную мебелью из тёмного дерева и книжными шкафами.
Граф обвёл комнату рукой, указывая на собранные в ней сокровища. На одной из книжных полок он показал нам издание «Опытов» Фрэнсиса Бэкона в кожаном переплёте, а на стене — портрет женщины, играющей на гитаре. Затем рассказал её историю: оказалось, она была его дальней родственницей, покинувшей родную Испанию и отправившейся в Париж в поисках удачи.
Рассказ меня увлёк и показался вполне подходящим знакомством с домом графа.
— Чувствуйте себя как дома, — сказал он нам. — Здесь можете делать всё, что пожелаете. Хотите шлюх — я достану вам шлюх. Изысканная еда и напитки, проститутки, безумные развлечения… Чего бы ни пожелало ваше сердце, мне будет только в радость это предоставить.
Пока он говорил, казалось, годы разом слетали с его плеч.
— Благодарю вас, граф Монтего, но ничего из перечисленного мне не потребуется, — вежливо ответил я.
Из дверного проёма в глубине дома появился элегантно одетый мужчина и направился к нам.
— Антонио, пожалуйста, проводи слугу синьора Александра в гостевые комнаты для прислуги, — распорядился граф, кивнув на Тристана. — А я провожу синьора Александра в его комнату наверху.
Антонио кивнул и по-итальянски велел Тристану следовать за ним.
— Он почти не говорит по-итальянски, — пояснил я, заметив растерянное выражение на лице Тристана.
— Он простоват, — добавил граф.
— А-а, — понимающе протянул Антонио. — Идём.
Он схватил Тристана за руку.
Тот тут же вырвался и испуганно вытаращил глаза.
— Куда он меня тащит?
— Расслабься, Тристан. Он провожает тебя в твою комнату, — ответил я.
Тристан последовал за Антонио в глубь дома.
— А тебя, небось, поселят в каких-нибудь царских хоромах, — бросил он через плечо.
Я проигнорировал его и вместе с графом Монтего поднялся наверх.
Моя комната и правда напоминала царские покои, но меня подобным было не удивить — я бывал во дворце императора в Древнем Риме. И всё же у каждой эпохи были свои представления о роскоши. Здесь меня окружала итальянская мебель из тёмного дерева, покрытая замысловатой резьбой. Как и внизу, стены украшали богатые гобелены, а окна закрывали тяжёлые бархатные портьеры. Кровать с четырьмя столбиками тоже обрамлял бархат, а сверху громоздилась целая гора подушек.
— Мы пробудем здесь максимум две ночи, — сказал я.
Граф Монтего махнул рукой.
— Оставайтесь сколько пожелаете. Для меня большая радость принимать гостей так скоро после возвращения из Франции. Уверяю вас, ваше пребывание здесь нисколько меня не затруднит.
— Благодарю. — Я пересёк комнату и опустился в кресло с богато украшенной мягкой обивкой.
— Вам что-нибудь нужно, прежде чем я вас оставлю? — спросил граф. — Примерно через час мы разделим трапезу.
Я немного подумал о своём плане.
— Да. Я разыскиваю человека по имени Джованни Зампа. Вы его знаете?
Лицо графа просияло.