Её пальцы поднялись к шее.
Туда, где темнели следы большой мужской руки.
Моя собственная кожа отозвалась болью. Я снова почувствовала пальцы старого герцога на горле. Его дыхание возле лица. Запах туберозы, от которого до сих пор выворачивало желудок.
— Он подошёл сзади, — продолжила Мари, и голос сделался едва различимым. — Я не сразу поняла, что происходит. Попыталась закричать, но его пальцы уже сдавили горло. Я царапала ему руки. Просила отпустить. Потом упала на колени.
Перед глазами поплыли чёрные пятна.
Я дышала вместе с ней — коротко, судорожно, хватая ртом холодный воздух. Казалось, стоит Мари замолчать, и старый герцог снова сомкнёт руки уже на моей шее.
— Дальше стало темно, — прошептала горничная.
Её лицо изменялось. Кожа чернела, губы исчезали под страшными ожогами, белый передник сворачивался и осыпался серыми хлопьями, которые таяли, не достигая пола.
Я хотела отвернуться.
Не смогла.
Мари тоже не могла отвернуться, когда это происходило с её телом.
— А потом я очнулась, — продолжила она. — Сначала подумала, что лежу на ковре. Попыталась подняться и увидела себя.
У меня похолодели ладони.
— Своё тело? — переспросила я, почти не слыша собственного голоса.
Мари кивнула.
— Оно лежало возле стола, — продолжила Мари. — Глаза были открыты. На шее остались его пальцы. Я звала на помощь, но его светлость не слышал меня. Мои руки проходили сквозь него, когда я пыталась его остановить.
Прозрачная грудь горничной судорожно поднялась, хотя мёртвым не требовалось дышать.
— Он вытащил ваши письма из конвертов и бросил их в камин, — прошептала горничная. — Потом подтащил туда моё тело. Я всё ещё думала, что сейчас войдут слуги. Что кто-нибудь почувствует дым. Но старый герцог поднял руку, и на пальцах появилось синее пламя.
Запах горелой плоти наполнил спальню.
Я зажала рот ладонью, но тошнота всё равно поднялась к горлу.
Фигура Мари почти исчезла. Возле окна остался лишь обугленный силуэт и два мёртвых глаза, продолжавших смотреть на меня.
— Он сжёг моё тело драконьим пламенем, госпожа, — прошептала она. — А я стояла рядом и смотрела, как горит моё лицо.
Глава 117
Глава 117
Слова Мари не сразу обрели смысл.
Я смотрела на её серое лицо, на тёмные следы пальцев, оставшиеся на шее даже после смерти, и слышала треск несуществующего пламени.
Синего. Драконьего. Того самого, которым Ассер однажды зажёг камин, небрежно выдохнув огонь на поленья. Тогда мне нравилось смотреть, как пламя отражается в его глазах. Тогда я думала, что драконий огонь прекрасен.
Теперь мне мерещился запах горящей кожи.
Желудок сжался. Я прижала ладонь ко рту и сделала несколько судорожных вдохов, но тошнота не отступила.
— Ты стояла рядом? — спросила я, хотя Мари только что это сказала. Наверное, я всё ещё надеялась, что неправильно её поняла. — Смотрела, как он…