Коридорные вбежали в номер, вопя и размахивая своим неказистым оружием, Уинслоу шипел и бил хвостом.
Номер пустовал. На тумбочке горела лампа, постель была скомкана, уголок одеяла сполз с кровати и лежал на полу. В углу грустно стоял чемодан-домик, в котором жила собачонка Дерри, принадлежавшая мистеру Дергешему.
– Никого.
Фредди опустил метлу и облокотился на нее.
– Куда же они подевались? – спросил Томас и на всякий случай заглянул под кровать, после чего проверил окно. Заперто.
– Знаешь, пусть лучше они будут где угодно, но не здесь. Думаю, можно возвращать всех обратно.
Покинув номер, коридорные направились на второй этаж.
Фредди, как всегда, бормотал и жаловался на причуды постояльцев. В один момент он заявил, что, видимо, всем приснился общий кошмар.
Томас молча слушал, понимая, что брат изо всех сил пытается себя успокоить – даже такое глупое предположение было лучше, чем признать страшное: в гостиницу ночью проникли бандиты из преступного синдиката.
Конечно же, это был никакой не кошмар. Во-первых, общих кошмаров не бывает, во-вторых, Томас ожидал чего-то подобного, а в-третьих, даже самый реалистичный кошмар не может выбраться из сна наружу и взломать замок на двери, которая ведет на крышу.
Постояльцы, разбуженные и перепуганные, утверждали, что к ним в номера проникли. Кто именно это был, они не видели. Одни говорили, будто заметили ползающие по стене тени, другие слышали звуки шагов и скрип половиц, а мистер Гэмпши уверял, что разобрал чье-то ворчание. При этом все клялись, что открывались двери номеров.
Помимо сломанного замка, следов проникновения в «Габенн» не обнаружилось. А они просто обязаны были найтись – шел дождь, и, если только незваные гости не попали внутрь в ящике, на полу не могло не остаться ни одного отпечатка мокрого ботинка или сапога. Вот только ничего подобного не было.
Стоило братьям-коридорным войти в Газетную гостиную, на них тут же обрушился шквал негодования, упреков, вопросов и визгливого лая Дерри.
Все собранные здесь постояльцы напоминали клуб сонь – сплошь пижамы и ночные колпаки.
Тетушка Агнесс, в длинном халате и с подвязанными в пучок волосами, крикнула: «Тихо!»
– Мальчики, вы кого-то нашли? – спросила она, когда все замолчали.
Фредди покачал головой.
– Мы обыскали все номера, обошли всю гостиницу, тетушка. Здесь никого нет. Если кто-то к нам проник, то его и след простыл…
– Если?! – заголосили постояльцы. – Хотите сказать, мы лжем?!
– Говорю вам, – вставила мадам Френбур, – ко мне проникли воры! Они хотели стащить мои редкие сиропы!
– Это никакие не похитители сиропов, – возразила вдова Чиддл. – В наш номер влезли… – она испуганно понизила голос, – адвокаты. Эти страшные личности не остановятся ни перед чем, чтобы заполучить бумаги моего покойного мужа…
– Адвокаты не лазят ночью по номерам, – со знанием дела вставил мистер Френли. – Они способны на многое, но действуют иначе. Уверен, это были бездарности из патент-бюро: кто-то положил глаз на мое новейшее изобретение – самонадевающиеся носки!
– Никому нет дела до ваших самонадеянных носков, Френли! – театрально заламывая руки, воскликнул мистер Племонс. – В мой номер вторгся убийца! Его подослали завистливые рыжие дамы из «Трех Чулок» – мне пытаются помешать выступить на сцене у мадам Велюрр! – Он трагично вскинул ладонь ко лбу. – Ах!
– Фредди, – раздался тихий, но отчетливый голос от окна.
Постояльцы расступились, и Фредди с Томасом увидели мистера Торнтона. Он сидел в кресле, курил папиретку и держал в руках книгу – и как в подобной обстановке можно читать?! Но кажется, мистер Торнтон единственный здесь сохранял самообладание. В отличие от прочих, он не щеголял в пижаме – на нем был его обычный полосатый костюм цвета пыли.
Этот невысокий, полноватый человек с тривиальным лицом, на котором выделялись лишь внушительные мешки под глазами, Томасу не особо нравился. Он был скучным, исключительно обычным и никогда не стал бы частью коллекции рисунков на стене. Впрочем, каким еще мог быть мистер, страстью которого является перебирать бумажки и возиться в архивах?
И тем удивительнее было, что, когда он взял слово, даже истеричная мадам Френбур не решилась фыркать, а невротик Дерри не осмелился тявкнуть.
– Вы ведь были у регистрационной стойки, когда все это произошло, верно? – спросил мистер Торнтон. – Вы не видели, чтобы кто-то вошел в гостиницу через парадный вход?
– Не видел, сэр.
– Черный ход?