Фредди дернулся и, подойдя, снял с плеч мисс Вердигрю пальто. Сделал он это с таким почтением, какого обычно за ним не водилось.
Медсестра сменила шляпку на чепчик, велела: «Отвернуться! Оба!» – и только после этого наконец приступила к делу.
Томас и Фредди смотрели на дверь, не осмеливаясь подглядывать.
Когда за спиной раздалось неопределенное «Гм», Томас не выдержал:
– Мисс Вердигрю, она…
– Ранение неглубокое, – прозвучал ответ. – Нож или что-то похожее.
– Она выживет?
Щелкнули замки саквояжа.
– Мне нужна теплая вода. И чистые полотенца. Пошевеливайтесь!
Братья Гаррет бросились исполнять. Когда они вернулись, мисс Вердигрю велела им оставить все в комнате и дожидаться за дверью.
Просто стоять на месте было невыносимо, и Томас прошептал:
– Нужно убрать из седьмого ковер. На нем кровь.
Фредди гневно на него воззрился.
– Ты объяснишь уже наконец, что происходит?
– Да, но нужно заняться ковром. Мы должны убрать все следы того, что она там была.
Они отправились в седьмой номер. Крови на ковре было немного, но все равно, прежде чем скатывать его, Томас промокнул ее полотенцем. Попутно он рассказал брату все, что знал.
– Выходит, обезьяний тип из этого Джинанга разыскивал ее, – подытожил Фредди. – И даже предлагал чаевые. Почему ты не сказал ему о ней?
Томас устало опустился на край кровати и, сняв очки, принялся протирать их чистым уголком платка.
– Я сразу что-то заподозрил. Понимаешь, у этого типа точно было недоброе на уме. К тому же постоялец просил никому о нем не рассказывать. А потом, когда я обнаружил эту мисс… Она не зря переоделась в мистера и назвалась вымышленным именем. Ее ищут. Преследуют! Может, это человек с обезьяньей тростью ее ранил.
– Почему ты решил перенести ее в свою комнату? Думаешь, он пожалует сюда и попытается обыскать номер?
– Этот тип мне не поверил. А еще я видел, как он косился на ключи за стойкой: он явно запоминал, какие номера заняты.
Надев очки, Томас кивнул на свернутый рулоном ковер.
– Нужно отнести его в прачечную. Ты не помнишь, у нас остался «Кровечист»? Или мы его весь истратили тогда на самоубийцу из двадцатого номера?
– Весь истратили.
– Все равно ковер нужно убрать…
Вытащив из номера ковер, они понесли его к лестнице.
– Мне все это не нравится, – пропыхтел Фредди. – Думаю, мы должны сообщить вокзальным констеблям.
– Ни за что! Они же не станут разбираться.
– А вдруг этой мисс поделом досталось?
– Фредди!