Речной Князь 5: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тебе хвойное дадут, — заметил Клещ. — Ты в мяте будешь как барышня.

— А чего плохого?

— Так барышень у нас и без тебя хватает.

— Обидеть хочешь?

— Констатирую.

— Чего делаешь?

— Кормчий так говорит, — Клещ пожал плечами. — Я слово запомнил, а что оно значит, до сих пор не пойму. Но звучит обидно.

Мужики заржали.

Женщины вышли распаренные, красные, с мокрыми косами, и пошли мимо нас, а от них веяло мятой и хвоей. Дарья вышла последней, и лицо у неё было такое, какого я у неё сроду не видал. Подобревшее лицо.

— Ну, Кормчий, — сказала она. — Благодарствую тебе и пацанам твоим. Мы и не мылись так никогда. Благодать одна, а не мыло.

Потом пошли мы.

В предбаннике теснились, сдирали рубахи, толкались локтями. Дверь была низкая, и всякий, кто входил, кланялся ей поневоле.

— Голову! — предупреждал Дубина каждого. — Голову береги!

Бурилом голову не поберёг и приложился лбом о притолоку так, что баня загудела.

— Кто ж её так низко навесил⁈ — взревел Атаман.

— Я навесил, — невозмутимо сказал Дубина. — Чтоб жар не уходил.

— А лоб мой тебе не жалко⁈

— Лоб у тебя, Атаман, крепче притолоки. Я об ней больше пекусь.

Внутри было темно, жарко и тесно. Расселись как влезло. Бурилом на нижнем полке, потому что на верхний его туша не помещалась, Волк рядом, Микула с Архипом — эти залезли наверх, кузнецы жар любят. Дубина, Лыко, Клещ, Бес. Щукарь пристроился в углу, поближе к двери, — старик грелся долго и медленно.

Дубина плеснул на каменку.

Ухнуло. Жар ударил сверху, прижал, и мужики разом крякнули.

— Ох ты ж…

— Ещё дай!

— Погоди, дай продохнуть!

— Кто продохнуть не может, тому в предбаннике место.

Плеснули ещё. Я сидел, чувствуя, как из меня выходит всё разом: Устье, застава, дорога, недосып, чужой город с его паутиной, ночь у Лобана, ледяная жижа водостока. Всё это выходило потом, и на смену не приходило ничего, и это было лучшее, что случалось со мной за долгий срок.

Мыло пошло по рукам. Брусок передавали, и всякий сперва нюхал.

— Ух, — сказал Микула, растирая пену в ладонях. — Пахнет-то как. Я-то думал, оно всё едино — что мыло, что щёлок.

Волк помолчал, намыливая плечо.

— Вот чего я в тебе не пойму, — сказал он. — Ты пушку куёшь, войско ломаешь, с князем воевать собрался. А между делом мыло с мятой варишь.