…
Вчерашняя толпа желающих послужить молодому князю сегодня уже рассосалась. То ли мужички поостыли, то ли бабы им за ночь по мозгам поездили и от этой дури отговорили. Ведь вчера кроме Алёши никого больше и не приняли. С самого утра приходили только посыльные от купцов с торга, с которыми сговорились по снаряжению моих стругов для дальнего похода. Борис Лютый струги продал мне даже без запасного паруса. И вёсел только один комплект дал. Жмот. Но формально претензий у меня к нему не было. Комплектация судёнышек была стандартной. Только для дальнего похода требовалось оснастить их получше. Вот с ними Шастун с Ивором и договаривались.
А ближе к обеду в ворота моего дома постучали.
Когда дневальный из варягов доложил мне о приходе гостей, я сперва даже не понял, о ком он говорит. Этих гостей я точно сегодня не ждал.
Выйдя на крыльцо, я действительно увидел во дворе озирающихся по сторонам Романа Рощина и Валаама Тихого рядом с несколькими телегами, гружёнными каким-то скарбом. И эти ко мне на хранение что-то привезли?
— Ника, а чего ты меня не предупредила?
— Похоже, с них Корней звуковые метки твои снял. У него этот обряд очищения очень эффективен оказался против внешнего ментального воздействия и чужого кода.
— Поставь на мониторинг все действующие метки по твоей базе и пингуй их каждый час. Чтобы неожиданностей таких больше не было.
— Я так и делаю. Правда, раз в сутки. Поправка принята: тайминг пинга изменён на раз в час.
Я спустился со ступеней крыльца и приветственно расставил руки.
— Какими судьбами, гости дорогие? Если опять по поводу ваших дочерей-красавиц — так недосуг мне ныне. Война на пороге.
Они оба поклонились мне и переглянулись.
— Прости, княже, что без приглашения пришли, — вперёд выступил Рощин, как-то излишне нервно поглаживая бороду правой рукой.
Он покосился на моих дружинников в центре двора, где Алёша расставил их попарно и отрабатывал приёмы рукопашного боя и уклонения от холодного оружия.
Я тоже развернулся к ним, удивлённо глядя на выполнение ими упражнений.
Мальчики сильно вспотели, но упорно повторяли все движения мастера. А Ника в образе Алёши явно во вкус вошла. Хотя я и сам не был знатоком боевых искусств Востока, фильмов в своё время насмотрелся, чтобы чисто внешне приёмы отличать. Но то, чему она их учила, — выходило в моём понимании за все рамки виденного когда-то по телеку.
— Это боевое комбо для специальных подразделений гиблых пустошей из двадцать восьмого века, — похвасталась она у меня в голове. — Очень эффективная система для выживания и взятия пленных живыми. Там тогда как раз начала снова процветать работорговля, а дикие кланы после девятой мировой остались без огнестрела.
— Ника! Ты только не переусердствуй! Они мне ещё живыми понадобятся.
— Всё под контролем. Я же их считываю полностью. Это пока разминка. Вот когда перейдём к отработке тактических приёмов одиночного и группового боя, там да… — мечтательно проговорила она. — Но больше, чем осилят, я им не дам.
Я снова повернулся к переминавшемуся с ноги на ногу Рощину.
— Вчера у Корнея как-то нехорошо всё вышло, — начал старейшина рода. — Толком и не поговорили ведь.
— Так мы с Корнеем вроде всё обсудили. Или у вас какие-то вопросы остались?
— Остался, княже, всего один вопрос, — подхватил тему Тихий. — Ты на нас зла не держишь?
А сами так выжидательно смотрят на меня, словно я им сейчас откровение свыше дам.
— Так, а чего мне зло на вас держать, когда вы ещё против меня и нагрешить не успели? — я пожал плечами. — Вот кабы сегодня народ подняли да бузить начали — тогда да. А ныне, я так понимаю, вы с миром пришли?
— Истинно с миром, княже, — оба опять поклонились. — Не гневись, ибо не ведали мы, что творим.
— А в телегах у вас что? — поинтересовался я, хотя Ника всё уже просканировала и выдала мне полный расклад.
— Так то в дар тебе, княже, — старейшины махнули рукой своим возничим, и те начали шустро откидывать рогожки с телег. — Прими от чистого сердца, не побрезгуй!
Телеги были полны провизии. Похоже, еды для отходного пира у меня теперь будет с запасом. А вон те шматы копчёного сала я парням Остромира и Шастуну с собой в дорогу дам.
Придётся теперь уважить старейшин и пригласить к своему столу.