— Тогда без лишних сцен. Госпожа, внутрь. Мира — с вами. Генерал, на козлы не полезете, слава богам, а то весь наш маскарад можно будет выкинуть сразу.
— Следи за языком.
— Следи за своим драконом.
Я вздрогнула.
Кайран тоже.
Но спорить больше не стал.
Я забралась в карету первой. Мира села напротив, прижимая к себе дорожную сумку. Через секунду внутрь вошёл Кайран. Пространство сразу стало тесным. Слишком тесным для мужчины, от которого я утром собиралась подписать развод и уйти с поднятой головой, а ночью оказалась буквально неотделима магией.
Северин захлопнул дверцу снаружи, и карета тронулась.
Сначала мягко. Потом быстрее.
Дождь застучал по крыше. Колёса зашуршали по мокрому камню.
Я сидела прямо, не глядя на Кайрана. Он — тоже молчал. Только на поворотах я чувствовала, как между нами сжимается воздух, как браслет под рукавом то гаснет, то отзывается теплом, и как это тепло странным образом успокаивает ту часть меня, которая весь день только и делала, что кричала внутри.
Мира однажды подняла на меня глаза, потом на него, потом снова уставилась в окно, где ничего не было видно, кроме размытых огней и дождевых полос.
Минут через десять карета резко свернула. Меня качнуло. Я схватилась за край сиденья — и в тот же миг ладонь Кайрана легла поверх моей.
Совсем ненадолго.
Чтобы удержать.
И всё же слишком легко, слишком привычно, слишком по-брачному для людей, которые уже прошли через тронный зал и бумаги о разводе.
Я тут же отняла руку.
Он — свою тоже.
Но жар под браслетом после этого стал ровнее.
Кайран смотрел в темноту за стеклом, будто этого короткого касания не было вовсе.
Я тихо выдохнула.
Нет. Так дело не пойдёт.
Я не выдержу ещё одну ночь в тесном пространстве, полном недосказанного.
— Раз уж ты теперь всё равно не можешь “отпустить меня до рассвета”, — сказала я, глядя прямо на него, — расскажи хотя бы одно. Когда ты понял, что Вианора — ложь?
Он не сразу ответил.
Карета стучала по мостовой. Снаружи хрипло крикнул возница. Лошади взяли подъём.
Наконец Кайран произнёс:
— Не в тот день, когда её привели ко двору. Позже. Когда она попыталась коснуться меня в храме при свидетелях, а дракон вместо признания едва не сорвался.
— И всё равно ты позволил ей встать рядом со мной утром.
— Да.