Первый удар раскатился над крышами. Второй. Третий.
И одновременно с третьим ударом браслет на моей руке вспыхнул так ярко, что я сама ахнула.
Жар рванул не внутрь — наружу. Словно отвечая на что-то внизу.
Вианора резко подняла голову.
Прямо на крышу.
Прямо туда, где были мы.
— Она нас увидела, — прошептала Мира.
Нет.
Не просто увидела.
Я поняла это по лицу Вианоры. Даже отсюда. По тому, как в нем не было удивления.
Она ждала. Именно этого.
— Назад! — резко сказал Северин.
Но было поздно.
Из боковых арок площади одновременно вышли люди. Слишком много. Слишком тихо. Слишком слаженно.
Они не бежали к собору.
Они шли к домам вокруг площади.
К крышам.
К нам.
Глава 10. Огонь выбрал меня
Я перехватила Миру левой рукой, а правой дотянулась до Кайрана и прижала запястье с браслетом к его руке.
Жар ударил так, что у меня на секунду потемнело в глазах.
Не просто вспыхнул под кожей. Пошел глубже, в кость, в грудь, в горло. Будто между мной и Кайраном натянули раскаленную цепь и резко рванули ее в обе стороны. Я едва не разжала пальцы, вцепившиеся в Мирин плащ, но в ту же секунду его хватка на моем плече стала другой.
Уже не судорожной. Осознанной.
Золото в его глазах дрогнуло и не исчезло совсем, но перестало быть звериным. Чешуя на скулах не ушла, только застыла темным блеском под дождем, словно дракон отступил на полшага и замер, прислушиваясь.
— Тяни, — прохрипел Кайран.
Мы рванули одновременно.
Мира взлетела наверх так резко, что ударилась бедром о край галереи и почти повалила меня на спину. Я успела схватить ее поперек туловища, Кайран перехватил нас обеих, и на одно короткое мгновение мы втроем оказались в мокрой, нелепой, слипшейся куче на камне, среди дождя, болтов и чужих голосов внизу.
Потом галерея вспыхнула.
Не огнем в обычном смысле.
По мокрому камню от моего запястья к руке Кайрана побежали тонкие золотые линии. Древние, резкие, будто царапины света на сером камне. Они разошлись по плитам у нас под коленями, по арке, по стене собора и короткой волной хлестнули вперед, вдоль галереи.