— Я знаю полгорода лучше, чем ты хотел бы. Особенно те места, куда не ходят генералы в парадном плаще.
— Мы идем туда, — сказала я.
— Нет, — сразу отрезал Кайран. — Ты остаешься здесь с Мирой. Мы с Кроу проверим собор.
Я посмотрела на него в упор.
— Нет.
— Нэйра.
— Нет. Это уже не та ночь, где ты ходишь по правде один, а я жду в закрытой комнате. Если все это завязано на браслет, я нужна вам не как вещь в углу, а как часть происходящего.
— Именно поэтому ты туда не пойдешь.
— Именно поэтому пойду.
Он сделал шаг ко мне. Опасно тихий шаг. Такой, после которого обычно начиналась ссора или поцелуй. И я уже не знала, что из этого хуже.
— Я не позволю тебе лезть под нож в полуночный собор.
— А я не позволю тебе снова решить все за меня.
Тишина в старой мастерской стала густой. Даже дождь снаружи будто отступил, прислушиваясь.
Северин сказал ровно:
— Перестаньте. Времени нет.
Кайран не сводил с меня взгляда.
Я тоже.
И только потом, уже позже, я поняла, что именно тогда между нами что-то изменилось еще раз. Не в браслете. В том, как он на меня смотрел.
Не как на женщину, которую надо упрятать подальше. Как на человека, который все равно пойдет туда, куда решил, и которого либо берут рядом, либо теряют из виду.
Он медленно выдохнул.
— Хорошо. Но ты не отходишь от меня ни на шаг.
— Это мы уже проверили, — сказала я горько. — Все равно далеко не получится.
Северин опять отвернулся слишком уж вовремя.
— Тогда план такой, — сказал он. — Карету мы не возвращаем. Следов и так слишком много. Выходим через задний двор, режем к рынку, через мастерскую на крышу. Оттуда видно башню собора и южный вход. Если там начинается ритуал или сбор, увидим.
— А если увидят нас? — спросила Мира.
Я обернулась к ней.
Вот она. Самая больная часть. Я не имела права тащить ее дальше.
— Ты остаешься здесь, — сказала я.
— Нет.
— Мира.