И, надо признать, у меня от этой простой арифметики на душе было гораздо легче, чем должно было бы быть у человека в моём положении.
— Ладно, — сказал я тихо в начинающийся рассвет. — Будем живы — не помрем…
Глава 17
На рассвете я наконец встал с того самого ящика, на котором просидел всю ночь, и понял, что у меня от долгого сидения затекло абсолютно всё. Спина, шея, ноги.
Я медленно прошёлся вдоль периметра, разминая суставы. Небо над «Браво-7» уже не было таким сине-серым, как ночью, а наливалось чуть более тёплым оттенком, который, по местным меркам, означал, что сегодня, возможно, выглянет солнце. А ещё это означало, что нужно идти будить Олега. Хотя будить Олега, я был более чем уверен, мне сегодня не придётся.
Так и было, когда я подошёл к нашему «жилому» контейнеру и тихо стукнул костяшкой по стенке, дверь открылась тут же. На пороге стоял Олег, полностью одетый, с винтовкой в руке. Лицо у него было невыспавшееся и задумчивое.
— Ну ты даёшь, — улыбнулся я. — Я хоть глаза прикрывал, периодически. А ты?
— А я нет, командир, — ровно ответил он.
— Олег, чёрт побери! Тебе сегодня ещё на вышке базу караулить весь день. Ты как собираешься там не заснуть?
— Нормально, командир. Не засну.
Я махнул рукой. Я ему не мама, это его зона ответственности, а как показало время, как раз с ней в последнее время у Олега всё в порядке.
— Завтрак собирай. На троих.
Он кивнул и пошёл на кухню. Я следом, на ходу пытаясь разобраться у себя в голове, как именно я ему это сейчас всё буду объяснять.
Олег молча возился у горелки. Я сел напротив, отломил кусок сухого брикета и начал жевать.
— Олег, — сказал я наконец. — Гримм — мутант. Я тебя вчера не обманывал.
— Я понял, командир.
— Но он не является «дверью». Через него Изнанка не полезет. Маршал это вчера… — я сделал короткий жест в сторону собственной головы, — … подтвердил. Очень подробно. Я тебе сейчас не буду пересказывать всё, потому что половину сам ещё не переварил. Но главное запомни — со стороны Изнанки угрозы нет.
При упоминании «Изнанки» у Олега чуть дрогнул угол рта. Как будто он хотел грустно улыбнуться, но перехотел. Олег сам еще неделю назад как раз был «дверью», и разговоров на эту тему он не боялся.
— А кто он тогда, командир?
Я подумал. Сказать про Незримых? Нет, рано. Мне нужно, чтобы он нормально спал, а не забивал себе голову непонятно чем, в чём я сам еще не до конца разобрался.
— Он, скажем так… побочный продукт инициации, который пошёл… гхм… не туда. У него внутри нет Источника. Зато под кожей у него есть что-то вроде элериумной сети. Аналог той самой «проволоки», как у стражей зоны.
Олег задержал руку с ложкой над миской.
— То есть он — страж?
— Нет, он человек. Материал тот же, а суть другая. У стража эта сеть растёт от рождения. У Гримма появилась потому, что в момент инициации в него попыталась залезть Изнанка, а его собственная Воля её туда не пустила, «взорвав» Источник, который и превратился в… это.
— И поэтому он теперь такой… здоровый?
— И поэтому тоже. Сила в нём не «магическая», как у нас с тобой. Сила в нём «физическая», но с оговорками. Он, по словам Маршала, голыми руками сможет порвать многих тварей Скверны. И я подозреваю, что многих одарённых, также.
Олег медленно покивал и положил ложку.
— Хорошо иметь такого союзника. Если он союзник, конечно же.
Я внутренне отметил это «если». Олег, надо признать, за последние недели сильно вырос в осознании, чтобы задавать правильные вопросы. Вне боя, что очень важно, он иногда делал осторожные допущения, что командир мог в чём-то не до конца разобраться.
— Очень на это надеюсь, что это так. Пока я не верю на все сто процентов. И мои сомнения не про Изнанку, с этим Маршал разобрался. Мои сомнения по поводу его частичной амнезии, и я пока не знаю, насколько там всё плохо. Как он отреагирует на неожиданности или угрозы, тоже пока не знаю. Поэтому правила, которые я тебе сейчас скажу, именно про эти сомнения, на всякий случай.