Он не знал, где оно, это счастье. Может, здесь. Может, рядом с ним.
А может, оно спало на кровати, укрывшись пледом, и улыбалось во сне.
Энкель вздохнул и закрыл глаза.
Глава 22
Снег падал уже третью свечу. Биргитт стояла у окна, вцепившись ногтями в подоконник, и смотрела, как белые хлопья заметают двор Святилища. Форред уехал еще до рассвета. Один. Без нее. Без отряда. Без плана.
Только с безумной надеждой, что сможет вернуть свою принцесску.
— Граков идиот, — прошептала она, и ее дыхание затуманило стекло.
Она знала его слишком хорошо. Зна́ла, что он не бросит поиски, пока не найдет ту самую «льдинку». Зна́ла, что он готов рискнуть всем — отрядом, положением, жизнью — ради нее.
Биргитт ненавидела Калису за это. Не за то, что она была принцессой. Не за то, что в ней проснулся дракон. А за то, что Форред смотрел на нее так, как никогда не смотрел ни на кого. Даже на Биргитт.
— Ты не вернешься, — сказала она пустоте. — Я знаю.
Она ждала два солнца. Ни вестей, ни гонцов, ни его самого. Только снег, ветер и тишина.
На третье солнце она собрала отряд.
В комнате совета царил полумрак. Биргитт зажгла всего одну свечу — лишь для того, чтобы видеть лица тех, кто пришел. Торбен Луц, ее правый клинок, стоял у двери, скрестив руки на груди. Могенс Барст сидел на подоконнике, поигрывая ножом. Остальные — пятеро самых верных — разместились вокруг стола.
— Форред не вернется, — сказала Биргитт без предисловий. — Мы выступаем к Зарову. Сегодня.
Торбен нахмурился.
— Вождь приказал ждать.
— Вождя скоро не станет, — отрезала Биргитт. — А я не намерена сидеть сложа руки и ждать, пока наши враги опомнятся.
— Ты не знаешь, жив он или нет, — возразил Могенс.
— Знаю, — Биргитт посмотрела ему прямо в глаза. — Чувствую. Он мертв. А если жив — мы встретим его в Зарове. С короной в руках.
В комнате повисла тишина. Потом Торбен кивнул.
— Что прикажешь?
— Собирай всех, кто готов идти. Оружие, припасы, радюров, коннугов. Выступаем через час.
— А если кто-то откажется? — спросил Могенс.
Биргитт усмехнулась.
— Тогда он останется здесь. Навсегда.
Она развернулась и вышла, не дожидаясь ответа.
В коридоре ее догнал Торбен.
— Ты уверена, что поступаешь правильно?
— Нет, — честно ответила Биргитт. — Но сидеть и ждать — хуже.
— А если Форред вернется?