В свете Карца из темноты проступили две фигуры.
Они были похожи на летучих мышей, но увеличенных раз в десять. Размах кожистых крыльев превышал три метра, а тела были покрыты жёсткой чёрной шерстью с проблесками тусклого серебра. Четыре глаза у каждой твари, расположенные попарно. Из приоткрытых пастей торчали длинные изогнутые клыки, с которых капала тягучая слюна.
Пещерный жнец. Уровень 35. Эволюционный индекс — D.
— Работай, дед. Равные противники, — я спокойно кивнул.
Старик выступил вперёд.
— Осторожнее, — сказал Мика, но росомаха уже двигалась.
Жнецы одновременно издали тот самый вибрирующий свист, и волна ультразвука ударила по нам с физически ощутимой силой. Голова закружилась, перед глазами поплыли круги. Мика охнул и схватился за стену, Барут отшатнулся назад.
Но Старик даже не замедлился. Не дал им провести атаку до конца.
Гравитационный пресс обрушился на обеих тварей одновременно. Жнецы, уже расправившие крылья для атаки, рухнули на пол пещеры с такой силой, что я услышал хруст ломающихся костей. Их визг оборвался, сменившись хрипом, а потом и вовсе затих, когда невидимая сила вдавила их в каменный пол.
Всё заняло не больше трёх секунд.
Старик отступил назад и фыркнул.
Получено опыта: 20000
Получено опыта: 20000
Уровень питомца повышен (34)
После убийства богомола он поднялся до тридцать третьего и с запасом, а теперь добавил ещё один. Быстро растёт.
— Чисто, — сказал я остальным. — Можно работать. Вы как?
— Н-нормально, — откликнулся Мика. — Начинаю привыкать к вашим будням.
— Пора бы, — хмыкнул Барут и осторожно обошёл раздавленные тела жнецов, стараясь не наступить в расползающуюся лужу чёрной крови. Лекарь последовал за ним.
На всякий случай активировал «Обнаружение» — ничего полезного.
Мы прошли ещё глубже в пещеру и оказались в просторном зале с высоким куполообразным потолком. Свет Карца едва дотягивался до верхних сводов, но того, что я увидел, хватило.
Весь потолок был покрыт шевелящейся массой летучих мышей. Тысячи маленьких тел висели вниз головами — их красные глазки отражали свет, создавая жутковатое ощущение звёздного неба, которое смотрит на тебя.
— Святые предки, — выдохнул Барут. — Мечта Стёпки прям…
Но моё внимание привлекло другое.
Пол зала был покрыт толстым слоем гуано — не меньше полуметра в глубину. И на его поверхности, на стенах, на выступающих из пола камнях — везде белели кристаллические разводы селитры. Её было так много, что некоторые участки выглядели как присыпанные снегом.
— Вот оно, — я не смог сдержать удовлетворённой улыбки. — То, за чем мы пришли.
Режиссёр и Актриса появились в зале следом за нами, продолжая гнать поток свежего воздуха через пещеру. При их приближении мыши на потолке зашевелились активнее, и некоторые сорвались с места и принялись кружить под сводами, но не нападали — слишком много хищников внизу.
— Ладно, — я повернулся к своим людям. — Работаем так. Старик рыхлит верхний слой, отделяет гуано от камня. Рыси поднимаются к потолку и сбивают оттуда свежие наросты селитры. А мы собираем всё это в мешки.
— Руками? — Барут посмотрел на своих ладони с выражением человека, который навсегда прощается с чем-то дорогим.
— Руками, — подтвердил я. — Гуано сухое и сыпучее, переживёшь. Влажное не трогать — там мало пользы. Поэтому руками. Ищите то, что хрустит.
Барут издал страдальческий стон, но опустился на колени рядом с ближайшей кучей белёсого налёта и начал сгребать его в подставленный Микой мешок.