— Мика! — окликнул я лекаря, который всё ещё скрёб ладони речным песком. — Хватит мыться, ты мне нужен. Принеси воды из ручья.
— Сколько?
— Котёл наполни до половины.
Мика вздохнул, но послушно подхватил два бурдюка и направился к воде. За следующие несколько минут он сделал четыре ходки, пока котёл не наполнился достаточно.
Вся команда постепенно собралась вокруг, привлечённая любопытством. Даже Стёпа, который старательно избегал мешков с гуано, подошёл поближе — правда, встал с наветренной стороны.
— Что ты собираешься делать? — спросила Лана, усаживаясь на поваленное бревно.
— Превращать дерьмо в оружие, — ответил я, развязывая первый мешок. — Смотрите и учитесь. И вы должны унести этот секрет в могилу. Я не шучу.
— Макс, ты бредишь? — Лана подошла ко мне ближе. — Нет… Да ты серьёзно!
— Ещё как. Смотрите и не отвлекайте, — мотнул головой.
Группа переглянулась, Ника неловко улыбнулась и отвела взгляд. Каждый из них понял, что я не шучу.
Высыпал содержимое мешка. Вода немедленно помутнела, приобретая грязно-коричневый оттенок. Взял длинную палку и начал размешивать, разбивая комки.
— Селитра хорошо растворяется в воде, — объяснял я, продолжая мешать. — Вся грязь, остатки помёта, песок, мелкие камешки — всё это остаётся нерастворённым. Наша задача — отделить чистый раствор от этой дряни.
— А если процедить через ткань? — предложил Барут.
— Можно. Но это займёт часы. Раствор густой, ткань будет постоянно забиваться. Придётся менять её, промывать, снова процеживать. — Я покачал головой. — У меня есть способ лучше.
Когда вода закипела, Режиссёр выступил вперёд — его глаза цвета грозового неба внимательно смотрели на котёл. Я уже передал ему задачу, и рысь понимающе склонила голову.
— Он создаст внутри котла вихрь, — сказал я для остальных. — Вода начнёт вращаться и прижмёт всю тяжёлую грязь к стенкам. А чистый раствор останется в центре.
Ника вытянула шею, пытаясь заглянуть в котёл.
— Как это работает?
— Представь, что ты быстро крутишь ведро с водой над головой. Вода не выливается, потому что её прижимает к дну. Тот же принцип. Тяжёлые частицы полетят к краям, лёгкие останутся в середине.
Режиссёр подпрыгнул и завис над котлом. Воздух над поверхностью мутной воды начал едва заметно дрожать, потом закручиваться в спираль.
— Подожди, Режиссёр. Самое главное забыли.
Я забросил в котёл несколько глубоких мисок белой, невесомой золы прямо из остывающего края костра.
— Макс? — удивилась Лана, — Ты сыплешь туда пепел? Ты испортишь всё варево!
— Просто запомните, что так надо, — объяснять им принцип создания калиевой селитры было бы очень сложно.
— И всё-таки… что делает зола? — спросил Барут, с интересом глядя в котел.
— Сейчас там кое-что поменяется местами. Это важно, просто смотрите и запоминайте. Давай, брат.
Вода в котле пришла в движение.
Сначала медленно, потом всё быстрее и быстрее. Грязно-коричневая жидкость закрутилась воронкой. Песок, ил, непереваренные остатки насекомых, вся грязь начала собираться. Её прижимало к стенкам котла плотным кольцом, а в центре воронки вода становилась всё светлее.
— Работает, — выдохнула Лана с неподдельным удивлением в голосе. — ОГО! Я никогда такого не видела!
Режиссёр держал вихрь около трёх минут, и за это время вся муть отделилась от раствора. Когда рысь наконец остановился, в центре котла плескалась относительно чистая желтоватая жидкость, а к стенкам прилип толстый слой грязи.