— Барут, мы в городе, набитом людьми. Гранаты — не игрушки. Если ты натворишь дел…
— Не натворю.
— Ты так думаешь. А потом мне объяснять Арию, почему мой человек разнёс кусок Оплота Ветров. При нашей политической ситуации за это голову снимут. Буквально.
— Я знаю про ситуацию. — Барут выдержал мой взгляд. — Именно поэтому прошу, а не беру тайком. Ты мне доверяешь? — Просто вопрос — честный, без нажима. — Или только своей стае?
Я смотрел на него несколько секунд.
— Ты можешь просто объяснить и будет проще.
— Не могу, — торговец упёрся и мотнул головой. — Могу сказать, что они не будут использованы во вред. А возможно и вовсе.
— Передам Стёпке, чтобы выдал тебе пять штук. Не больше. И если хоть одна взорвётся не там, где нужно…
— Не взорвётся. — Барут улыбнулся. — Спасибо, Макс.
Мика появился через четверть часа, в течение которых Шорох вовсю боролся с желанием нализаться как последний забулдыга.
Парень шёл по улице лёгким пружинистым шагом. Из сумки торчала зелёная голова Тины — жаба сидела неподвижно с выпученными огромными глазами и флегматично оглядывала мир.
Чуть отставая, рядом трусил Шовчик.
— О, тебя-то мы и ждём, — я махнул рукой. — Как раз вовремя. Как сестра?
— Нормально, — счастливо кивнул лекарь. — Они с Ланой пошли прогуляться.
— Глянешь зверька?
— Для того и пришёл. — Мика присел рядом с торговцем и аккуратно опустил сумку на камень. — Как тренировка?
— Я бы назвал это воспитательной работой. — Барут снял зверька с плеча и посадил на колено. — Знакомься. С сегодняшнего дня его зовут Шорох.
— Имя дал? — Мика поднял брови и коротко взглянул на меня. Я кивнул. Лекарь улыбнулся. — Поздравляю. Давай его сюда.
Зверёк пискнул, но не дёрнулся. Пальцы лекаря прошлись по тельцу — вдоль хребта, по рёбрам, за ушами, под подбородком. Молча, сосредоточенно, Мика работал — в эти секунды мальчишеское лицо становилось старше. Привыкнув к чужим ладоням, Шорох расслабился, обмяк и свесил лапки.
— Шёрстка хорошая, — Мика приподнял зверьку веко, заглянул в глаз. — Ясный взгляд, нос холодный. Дыхание ровное… Со своей стороны — ничего плохого не вижу. Точнее, не чувствую.
— Ну и славно. — Барут забрал Шороха.
Пока они разговаривали, я прокручивал в голове строки системы.
Ядовитый катализатор. Буквально — взять и съесть. И у меня был такой. Плотная железа янтарно-оранжевого цвета, взятая мною с паука в зеркальном лабиринте. Я нашёл её, когда мы с Ланой вытаскивали Стёпку из того кокона.
Яд внутрь? Всегда думал, что он потребуется какому-то зверю, а не мне! Звучит как план самоубийцы.
Главный вопрос: сроки! Если катализатор выбьет меня из строя хотя бы на сутки — всё полетит к чёрту.
Арий и Иван ждут момента, когда соберётся вся «Семёрка». Если в этот момент я буду валяться с судорогами и лихорадкой, корчась от яда, который сам же проглотил…
С другой стороны — Зверомор. Высшая форма трансформации. Против Морана и остальных друидов это может стать решающим преимуществом. Разница между «едва выжил» и «вытащил всех».
Риск против выгоды. Классика.
Обдумаю это чуть позже.
Шов подошёл к водопою, понюхал край чаши и коротко фыркнул. Потом заметил фукиса на коленях у Барута и склонил массивную голову набок.