Роут принял нас в комнате с высокими окнами. Ему было около тридцати пяти. Светлые волосы уложены безупречно, серый сюртук застёгнут до горла. На столе — ни одной лишней бумаги. Рядом стоял синий футляр для печатей.
Он поднялся при нашем появлении.
— Господин генерал. Магистрат Дорн. Не ожидал, что вопрос вдовьего разрешения потребует такого представительства.
— Городская стража искала вас со вчерашнего дня, — сказала Лея.
— Вчера я проверял пригородные склады. Вернулся поздно. Утром явился на службу, где и получил вашу записку.
— Почему забрали журнал приёмки и контрольный образец 47-Б?
Роут развёл руками.
— Из-за жалобы на металлический привкус. Образец направлен в центральную лабораторию, журнал — на сверку печатей.
— Документы о передаче.
— Разумеется. Запросите через канцелярию.
— Я запрашиваю сейчас.
— Сейчас документы у старшего секретаря, он на заседании.
— Когда закончится?
— Не могу знать.
Лея достала блокнот.
— Назовите лабораторию и имя принявшего.
Роут улыбнулся. Улыбка была вежливой и совершенно пустой.
— Магистрат, мы непременно обсудим военный препарат. После того как я исполню обязанность по временному разрешению госпожи Лорен.
Он указал Маре на стул. Она не села.
— Моё разрешение действует ещё восемнадцать дней.
— При отсутствии нарушений. Ваша аптека опечатана, в ней найден предмет с клеймом покойного мастера, а вы не имеете полного цехового образования.
— Предмет принёс генерал.
— Но клеймо ваше.
— Клеймо Эмиля. На стекле, которое мы не закупали.
Роут открыл папку.
— Ваш покойный супруг оставил долги. Цех обязан защитить поставщиков и горожан от прекращения работы аптеки. Я назначу управляющего до экзамена.
— На каком основании?
— Пункт сорок второй устава: при угрозе утраты запасов или невозможности вдовы вести торговлю.
— Запасы опечатаны магистратом. Торговлю запретил магистрат. Я могу вести работу и провожу экспертизу.
— Вы не лицензированный эксперт цеха.