Книга 1. Игра по новым правилам: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я вонзил зубы в бургер, и по моему подбородку блаженно потёк горячий мясной сок. Это было невероятно вредно, калорийно, жирно — и божественно вкусно. Никакой Макдональдс на родине не стоял даже близко рядом с настоящим американским дайнером.

Мама с улыбкой смотрела, как я уничтожаю этот гастрономический памятник капитализму.

— Знаешь, Саш, — тихо сказала она, пригубив свой кофе и переходя на русский, чтобы не привлекать внимания сидевших за соседним столом копов. — Директор сказал, что у них отличный соцпакет. Медицинская страховка покроет стоматологию для всей семьи, а еще они оплачивают половину стоимости учебников, если я решу пройти курсы повышения квалификации в Кливленде.

Я прожевал очередной кусок бекона и серьезно кивнул:

— Мам, ты крутая. Серьёзно. Приехать в чужую страну и за пару недель устроиться по специальности в государственную структуру — это уровень. Папа обзавидуется.

Мама смущенно отмахнулась, но по её сияющим глазам было видно, насколько ей важны эти слова. Для неё этот четверг стал точкой невозврата — она доказала самой себе, что мы здесь не бедные родственники на обочине жизни, а полноценная часть этого сытого, работающего как часы механизма.

Пока мама с упоением первооткрывателя зарылась в англоязычные буклеты с описанием стоматологического покрытия нашей новой страховки, я огляделся по сторонам. Мой взгляд зацепился за большой угловой диван в самом конце зала. Там тусовалась компания парней постарше — судя по виду, лет четырнадцати-пятнадцати, типичные фрешмены (девятиклассники) местной старшей школы Солона.

И надо же было такому случиться, что среди этой стайки пригородных пижонов в безразмерных футболках и кепках козырьками назад обнаружился Крис — тот самый соседский парень, с чьим семейством мы познакомились на воскресном барбекю.

Наши взгляды встретились. На лице Криса на долю секунды отразилась мучительная внутренняя борьба. Было видно, как в его подростковых мозгах столкнулись два противоположных желания: с одной стороны, его статус «крутого старшеклассника» требовал проигнорировать мелкого двенадцатилетку, но с другой — строгое пуританское воспитание субурбии и родительский наказ «быть вежливым с новыми соседями» не позволяли врубить полный игнор.

Победила вежливость, пусть и с лёгкой, едва заметной неохотой. Крис снисходительно кивнул мне и сделал вялый приглашающий жест рукой:

— Эй, Алекс! Забивайся к нам, если хочешь.

Дважды просить меня не пришлось. Я подмигнул маме, показывая, что пойду пообщаюсь со сверстниками, взял свой монументальный стакан с шоколадным коктейлем и непринужденно скользнул на край их винилового дивана.

— Парни, это Алекс, наш новый сосед из Украины, — буркнул Крис, выполняя протокол знакомства. Окружавшие его пацаны — рослый блондин в бейсболке Кливлендских «Браунс» и худой азиат в безразмерных шортах — кивнули мне с лёгким любопытством, но без агрессии.

Будучи ментально тридцатишестилетним мужиком, я прекрасно знал, как растопить лёд в мужской компании. Вместо того чтобы скромно молчать в тряпочку, я сразу перешел к делу, решив провести разведку на местности:

— Здорово, парни. Слушайте, я тут человек новый, правил игры еще не знаю. Расскажите, как молодёжь в Солоне вообще коротает свободные вечера? Куда у вас тут принято ходить, чтобы не умереть со скуки между школой и тренировками?

Мой уверенный, спокойный тон без привычного для двенадцатилеток лепета пацанам явно понравился. Блондин в бейсболке, которого звали Нейт, охотно взял на себя роль гида:

— Да ладно, чувак, у нас тут тухловатенько, если честно. Днём все обычно зависают в кинотеатре Regal Cinemas — там сейчас как раз крутят новые фильмы, или гоняют в боулинг. Если есть карманные деньги, можно съездить в торговый центр в Ричмонде, там на нижнем этаже отличный зал игровых автоматов Aladdin's Castle — можно в автоматы подёргать или в аэрохоккей зарубиться. Ну или вот, как мы сейчас, просто торчим в дайнере, жрём фри и клеим девчонок.

Худой азиат по имени Кенни заговорщически хмыкнул, толкнул Криса локтем в бок и плотоядно улыбнулся, глядя на меня:

— Ну, это у вас, малявок, такой досуг, Алекс. Ты парню всю правду-то говори. Настоящее веселье начнется через пару недель, когда старшаки начнут устраивать домашние вечеринки, пока предки уезжают на уикенд. Вот там уже всё по-взрослому: музыка на полную, девчонки из группы поддержки, игры в «бутылочку» на поцелуи в тёмных комнатах на втором этаже… Крис вон в прошлый раз почти дорвался до поцелуя с Синди, если бы его не стошнило от третьей банки тёплого пива в кустах!

Крис густо покраснел и пихнул приятеля в ответ, а парни дружно заржали. Они явно ждали, что от таких «взрослых» откровений у меня, двенадцатилетнего домашнего мальчика, глаза полезут на лоб от смущения.

Я лениво отхлебнул через трубочку густой шоколадный коктейль, откинулся на спинку винилового дивана и окинул эту честную компанию снисходительным взглядом умудрённого опытом адвоката, который видел слишком много изнанки жизни.

— Ну, господа, «бутылочка» на поцелуи — это, конечно, мило и очень трогательно, — выдал я с абсолютно каменным лицом. — Но вы просто понятия не имеете, что такое настоящая вечерняя дискотека у меня на родине, в моём спальном районе. По сути, мой район похож на суровые индустриальные кварталы, наподобие рабочих окраин Кливленда.

Пацаны притихли, заинтригованные моим ледяным спокойствием.

— А что там? — прищурился Крис.

— О, там совсем другие ставки, — я понизил голос до конфиденциального шёпота, заставив американцев невольно податься вперёд. — Наш район — это вам не стерильный, безопасный Солон. После тамошней хорошей дискотеки местных подростков могут как отвезти в местное отделение полиции, сдавать отпечатки пальцев по свежему уголовному делу, или в, в некоторых случаях, под конвоем разъярённых родителей тащат оформлять срочный брак — ну, то есть устраивают то, что у вас тут называют shotgun wedding. Я вот слышал от знакомых старшеклассников у себя на районе: одному пацану всего пятнадцать исполнилось, а он уже официально стал папой и главой семейства, теперь вместо уроков думает, где подгузники со скидкой достать. Так что, парни, ваши поцелуи в шкафу — это детские сказки. У нас после танцев старшеклассники могут и в тюрьму сесть, или, если будут неаккуратны — женятся. Только тссс… — я прижал указательный палец к губам. — Не вздумайте рассказать об этом моим или вашим родителям. А то они вспомнят молодость, тоже захотят поучаствовать в таком веселье, и тогда нам всем точно не поздоровится.

На секунду за столом воцарилась гробовая, звенящая тишина. Крис, Нейт и Кенни сидели с приоткрытыми ртами, переваривая услышанное. В их благополучных американских головах, где самым страшным преступлением подросткового возраста считался непроверенный ID на входе в клуб или порча маминого газона, картина пятнадцатилетних отцов и уголовных дел после школьных танцев взорвалась как водородная бомба.

Они смотрели на меня уже не просто как на приехавшего соседа, а как на человека, который лично видел изнанку жизни и выжил в каких-то диких восточноевропейских фавелах.

— Чувак… вы там реально безумные, — наконец выдавил Нейт, с нескрываемым огромным уважением качая головой.

Я лишь загадочно улыбнулся и поднялся с дивана, заметив, что мама уже складывает свои бумаги:

— Ладно, парни, бывать. Увидимся в школе на отборах в футбольную команду завтра, если вы туда придете. Крис, привет отцу.