— Мы не сдержим, — поправила Эдна. — А не дадим ей начаться. Пока люди видят, что порядок охраняется сёстрами битвы, они будут верить, что порядок есть. Это психология толпы, архимилитант.
Ливий, стоявший рядом со мной, тихо хмыкнул. Марта бросила на него предостерегающий взгляд, однако врач лишь пожал плечами — без слов, но выразительно.
— Вы превысили полномочия, сестра, — произнёс Вейн жёстко.
— Я исполняю долг перед лицом Бога-Императора и перед теми, кого поклялась защищать, — ответила ему в тон Эдна. — Если Круг Клятвенной Стражи остановил церемонию, значит, есть причина. И пока причина не устранена, безопасность — мой приоритет.
Ферр Вольт, до этого молча изучавший зал через свою жёлтую линзу, вдруг подал голос:
— Техноересь не исчезает сама собой, архимилитант, — прохрипел он вокабулятором.
Церемониймейстер нервно сглотнул.
— Но… но мы не можем держать Зал Предстояния Павших в осаде! — воскликнул он. — Паломники ждут литании! Они пришли почтить память героев!
— Они и почтут, — отрезала Эдна. — Только не так, как планировали. Пусть видят, что происходит. Пусть видят нас. И пусть знают, что пока угроза не устранена, мы не позволим никому и ничему нарушить порядок.
Вейн помолчал, обдумывая её слова. Потом резко повернулся к своим бойцам:
— Разбить зал на сектора. Двое у входа. Двое у решётки сервиторов. Остальные — рассредоточиться вдоль стен. Действуем совместно с сёстрами. Наблюдать. Фиксировать. Никого не впускать и не выпускать без моего приказа.
Бойцы молча разошлись по позициям.
Мы с Тимоном переглянулись. Подмастерье выглядел бледным, но изо всех сил старался держаться прямо. Я положил руку ему на плечо.
Ферр активировал сервитора — тот заурчал мотором и начал медленно кружить вокруг, сканируя пространство. Церемониймейстер развернул список и начал дрожащими руками прикреплять его к специальной доске у входа.
Тем временем Эдна Рейк подошла ближе к Вейну.
Вейн чуть повернул голову в сторону сестёр, стоявших у лестницы:
— Вы перекрыли проход к святыне Министорума. Служители видят перед собой не охрану, а вооружённое формирование перед Собором.
— Да, именно это они и видят, — спокойно ответила Эдна.
— И вас это устраивает, сестра? — уточнил Вейн.
— Вполне. Пока все видят эту охрану, они не тащат тела наверх, — твёрдо сказала Эдна. — И не пытаются провести церемонию самостоятельно.
— Вы понимаете, что я могу расценить это, как противодействие регентской власти? — жёстко произнёс Вейн.
Эдна чуть приподняла цепной меч — всего на ладонь, но двигатель при этом не включила.
— Можете расценить, как вам угодно, но потом. Сейчас у вас в Зале Предстояния — осквернённые предметы. Если начнёте с меня — потеряете главное. А если кто‑то попытается пройти к саркофагу, он столкнётся не с санитарами, а со мной и моими сёстрами. Я не враг вам, Вейн, если вы не против Бога-Императора.
— Император защищает, — кивнул ей в ответ архимилитант.
Одна из сестёр у лестницы проверила затвор болтера. Вроде бы и звук был не особо громкий — короткий металлический щелчок эхом прокатился по огромному пространству нефа. Ближайший служитель тут же перестал переминаться с ноги на ногу и замер у стены.
Серафим, стоявший ниже лестницы с железной книгой у груди, обратился к Эдне:
— Сестра Рейк.
— Я пока ещё веду себя вежливо, первый страж, — ответила Эдна.
— Прошу вас, добавьте немного больше вежливости. Архимилитант пока задаёт уместные вопросы, — заметил Серафим. — И, как вы сами сказали, он не враг нам.
Эдна выдержала короткую паузу, затем снова посмотрела на Вейна: