— Миледи, назад! — стальной голос из вокабулятора шлема не допускал возражений. — От ларца отойдите! И поживее!
— Это малая печать траура, вообще-то, сестра, — процедила регентша ледяным тоном. — Если её вот так оставить валяться в грязи, то вы сами же, лично, будете потом оправдываться перед Министорумом, отчего допустили такое вопиющее осквернение чина.
Боевая Сестра не шелохнулась. Огромный щит стоял перед ней как влитой.
— Это предмет инвентаря, в метре от которого, только что, вашу мать, материализовалась тварь из Имматериума! — чеканила она. — Я при исполнении. Моя задача — блокировать угрозу.
— Вы имеете дерзость, сестра, называть священную печать — скверной?
— Я имею честь называть эту металличесчкую побрякушку объектом, от которого вам надлежит немедленно убрать свои руки! — рявкнула Ари. — Более матерную формулировку вам, миледи, уж поверьте, слушать точно не захочется.
Наместница с достоинством выпрямила спину. Носком изящного дорогого сапога она небрежно, но невероятно точно поддела свисающий край грязного савана. Тяжёлая шёлковая ткань шурша сползла вниз, совершенно наглухо скрывая раззявленное нутро ларца от прямого наблюдения. И я зафиксировал этот финт.
Возможно, потому, что большую часть своей паршивой жизни я профессионально таращился на чужие трясущиеся конечности. Понятно, что санитары всегда выжаты до предела. Но мы редко бываем слепцами.
— Серафим! — резко крикнул я, не сводя глаз с алтаря.
Мужчина молниеносно вывернул ствол в мою сторону. Больше я не успел произнести ни звука. Прямо из-под второго, нетронутого белого покрова, что до этого мгновения безмятежно покоился на соседнем столе, медленно, с влажным хрустом разрываемой ткани, появилась тонкая, белая рука с чёрным когтями.
Про нашу благодарность за вклад в искоренение ереси
Естественно, мы не могли оставить без особой метки всех, кто решил поддержать благое дело искоренения ереси звонкой монетой. Мы благодарим всех за подаренные награды к нашей книге и хотим отблагодарить вас памятными карточками. Весь набор состоит из семи карточек. Ровно по количеству клятв Святой Девы. Естественно, что отдать их просто так мы не можем. Сами понимаете… Отчётность, бюрократия. Да и дело искоренения ереси требует пожертвований.
Империум Человечества нуждается именно в твоей поддержке. Если желаешь получить карточку, отправь награду. Желаешь получить ещё одну, нужна ещё одна награда. А если хочешь получить весь набор… Ну вы поняли. Наград должно быть семь. Даже если это будет символическая сумма, никак на ваш бюджет не влияющая, мы это оценим. Потому что это ощутимый и осязаемый показатель нашей работы. Потому что для нас важно чувствовать и знать, что подолгу работаем над каждой книгой не напрасно.
Однако самый щедрый даритель будет отмечен особенно — и специальной особой карточкой «Властелина коллекции», и упоминанием в книге!
Если тебе нравятся наши книги, пожалуйста, не забывай ставить лайки и оставлять комментарии. Подписывайся на нас здесь на АТ, Бусти и ВК. В социальных сетях публикуются новости и книги перед тем как они будут выкладываться на площадки-агрегаторы.
Читай, собирай карточки, поддерживай Империум!
Искореним ересь вместе!
ПЕСНЬ ДВАДЦАТАЯ
Я успел заметить только узкую изящную ладонь, несоответствия мой мозг выявил не сразу. Только спустя через некоторое время отметил про себя чрезмерно длинные, идеальные пальцы, алебастровую кожу без единой морщинки. А затем фаланги с влажным хрустом хрящей вывернулись в обратную сторону. Плотный шёлк вздулся пузырём и скользнул вниз, но не полностью. Наружу вывалился локоть с лишним, вывернутым в обратную сторону суставом.
По спине пробежал холодок.
— Второй… Второй саван! Внимание! — рявкнула Эдна.
Сестра Ари с металлическим лязгом тяжело шагнула вперёд. Но направилась она не к рождающейся из ткани новой твари из варпа, как я того ожидал, а возникла монолитной стеной аккурат между застывшей Аврелией и алтарным серебром шкатулки. Ствол громоздкого болтерного пистолета в её правой руке хищно уставился на шевелящийся саван. Левая бронеперчатка с гулким грохотом впечатала в роккритовые плиты пола тяжёлый штурмовой щит, наглухо перекрывая регентше любой доступ к сорванным покровным нитям и малой печати. Она отрезала её от артефакта.
— Отойдите от ларца, миледи. Назад, — тяжело бросила сестра Ари голосом, искажённым вокабулятором шлема.
Аврелия лишь чуть повела подбородком. У самых её ног всё так же валялось раскуроченное серебро, под которое уже густо затекала кровь выпотрошенного жреца.
— Сестра… Как вас там? Вы смеете мне угрожать? — тон наместницы оставался пугающе безмятежным. — Прямо у траурного алтаря?
— С линии… С линии огня я вас убираю, — Ари даже не шелохнулась. — Руки держите, чтобы я видела. Предметы и шкатулку не сметь трогать.
— Но в нём печать. Священная печать павших.
— Из-под савана вашего только что демон вылез! — прорычала воительница. — Печать на полу полежит. Пока первый пост команду не даст или техножрец, что очищение завершено. Никто тут ничего не тронет!