В 2001 г. Р. Шарф рассмотрел эти надписи и пришел к выводу, что и в 368 г., ив 371 г. Девятая вексилляция далматов входила в состав экспедиционной армии Востока, находившейся под командованием начальника воинов Востока (magister militum per Orientem), его штаб-квартира размещалась в сирийской Антиохии; в 371 г. указанную должность занимал Юлий, офицер императора Валента, ранее командовавший войсками во Фракии в должности комита (PRLE I, р. 481, sv. Iulius 2)[673].
Мы не согласны с трактовкой Р. Шарфа: прежде всего, чтобы определить ранг Девятой вексилляции далматов в период её пребывания в Аравии Петрейской, необходимо поставить вопрос о том, когда этот отряд прибыл на территорию Аравии Петрейской. Современные исследователи в лице Μ. Шпайделя, С. Редер, Μ. Гайгера, Р. Саундерса и У. Хартманна считают, что создателем мобильных отрядов далматской конницы был император Галлиен, правивший в 253–268 гг., он сформировал эти отряды из более старых ал и когорт далматской кавалерии, размещавшихся в балкано-дунайских провинциях еще со времен раннего Принципата. Соответственно, как полагают указанные исследователи, Галлиен преобразовал старые когорты и алы в новые подвижные отряды боевой кавалерии и включил данные отряды в состав своей полевой армии. Согласно точке зрения, утвердившейся в современной исследовательской литературе, в период Галлиена отрядами далматской кавалерии командовал офицер в должности начальника конницы (magister equitum), при Галлиене эту должность занимал Аврелиан, будущий император, который, по мнению Р. Саундерса и У. Хартманна, был причастен к убийству Галлиена в 268 г., а в 270 г., с помощью вексилляций далматской конницы, и сам взошел на престол[674].
Как известно, в 272 г. Аврелиан отправился вместе с армией, созданной Галлиеном, на Ближний Восток и в битве при Эдессе в Сирии разгромил войска мятежного Пальмирского царства. Согласно сведениям Зосима, в состав армии Аврелиана входили и вексилляции далматской конницы[675], соответственно, возникает вопрос, мог ли Аврелиан разместить в провинциях римского Ближнего Востока отряды далматской кавалерии, в том числе и Девятую вексилляцию далматов?
Как проследил Р. Саундерс, Аврелиан захватил мятежную Пальмиру в июле – августе 272 г. и в ноябре того же года вернулся на Дунай, где в декабре 272 – январе 273 г. он провел успешные войны против племени карпов. Впоследствии, в январе 273 г., узнав о новом восстании, вспыхнувшем в Пальмире, Аврелиан вернулся в Сирию и в июне 273 г. вновь захватил мятежный город, а далее, после июля 273 г., отправился в Египет, где подавил восстание в Александрии; наконец, в апреле следующего, 274 г. Аврелиан прибыл в Галлию и разгромил там последнего из своих противников — галльского узурпатора Тетрика. По мнению Р. Саундерса, Аврелиан одержал победу над Тетриком весной 274 г. и затем отправился в Рим, где отпраздновал свой триумф[676].
В свою очередь, выводы Р. Саундерса позволяют нам заключить, что Аврелиан ни при каких обстоятельствах не мог оставить в ближневосточных провинциях отряды далматской конницы после первой победы над Пальмир-ским царством: они нужны были ему для дальнейших военных кампаний, развернувшихся уже после лета 272 г. Учитывая интенсивность перемещений Аврелиана, можно предположить, что император опасался дробить свою полевую армию: он не мог оставить далматскую конницу на римско-персидской границе, поскольку в противном случае численность его армии сильно уменьшилась бы. Поэтому мы полагаем, что отряды далматов, прибывшие вместе с Аврелианом в Сирию летом 272 г., затем последовали за ним в другие регионы и сопровождали его во всех территориальных перемещениях.
В таком случае необходимо поставить новый вопрос: могли ли отряды далматской кавалерии прибыть на римский Ближний Восток уже после Аврелиана, а именно во времена Тетрархии, т. е. в период правления Диоклетиана? Как показал К. Альтмайер, в 284 г., когда Диоклетиан взошел на престол, войска, к тому времени находившиеся под его командованием, состояли из подразделений самых разных провинций империи; по мнению К. Альтмайера, войсковая группировка Диоклетиана, в свою очередь, была сформирована еще до него, в 282 г., при императоре Каре.
Как проследил К. Альтмайер, данная группировка включала в себя век-силляции, выделенные из пограничных легионов балкано-дунайских провинций, рейнского фронта, приальпийских регионов, а также Сирии и Египта. С этой походной группировкой, по мнению К. Альтмайера, Кар отправился в Месопотамию для войны с персами, эта же группировка в 284 г. возвела на трон Диоклетиана. Диоклетиан же, к 285 г. разгромив всех своих противников, распустил походную армию Кара и вернул вексилляции в их первоначальные гарнизоны на дунайской и рейнской границах[677].
Надпись из Аквинка (Будапешт) в Нижней Паннонии подтверждает вывод К. Альтмайера — эта надпись датируется 287 г., она упоминает двух Августов, Диоклетиана и Максимиана Геркулия, и военного чиновника, занимавшего должность префекта II Вспомогательного легиона[678]:
Herculi Augg(ustorum) /Aurel(ius) Firminus /pr(a)ef(ectus) leg(ionis) II Adi(utricis)
ex/prot(ectore) v(otum) s(olvit) l(ibens) m(erito) Impp(eratoribus) /dd(ominis) nn(ostris)
[D]iocletiano //III // etMaximiano / Augg(ustis) co(n)ss(ulibus)
Поскольку Аврелий Фирмин упоминается в надписи как «бывший защитник» (ex protectore), мы можем предположить, что первоначально, еще до того, как он получил должность префекта II Вспомогательного легиона, этот воин служил в вексилляции, выделенной из данного легиона. Скорее всего, вексилляция II Вспомогательного легиона, штаб-квартира которого размещалась в паннонских провинциях, вошла в состав экспедиционной армии Кара (правил в 282–283 гг.) и приняла участие в его персидском походе. Следовательно, в 282 г. данная вексилляция прибыла на территорию римского Ближнего Востока, где и оставалась вплоть до 284 г., когда новым императором стал Диоклетиан. Как результат, воин Аврелий Фирмин, служивший в вексилляции, получил почетный титул protector, который в тот период подразумевал принадлежность воина к экспедиционной армии, непосредственно сопровождавшей императора.
Когда же в 285 г. Диоклетиан переместился в балкано-дунайские провинции, он разгромил Карина, сына Кара, и вернул вексилляцию II Вспомогательного легиона в её «материнский» легион, а самого Аврелия Фирмина в благодарность за поддержку назначил префектом уже всего легиона. Следовательно, мы можем заключить, что Диоклетиан, как и Аврелиан, не размещал вдоль римско-персидской границы отрядов далматской кавалерии: наоборот, он вернул их в балкано-дунайские провинции и разместил по берегам Дуная.
На наш взгляд, последующие военные кампании правителей-тетрархов и Константина I, проведенные в балкано-дунайских регионах в 305–324 гг., не позволили им переместить отряды далматской кавалерии на ближневосточный фронт, эти отряды нужны были им для эффективной обороны дунайского фронта. Следовательно, как мы полагаем, единственный император, который мог перевести подразделения далматской кавалерии на ближневосточный фронт в период между 324 и 368 гг., — это Констанций II, скорее всего, данное перемещение состоялось в 359 г., когда Констанций отправился вместе со своими войсками в Константинополь и далее в Месопотамию. Таким образом, мы полагаем, что Девятая вексилляция далматов прибыла на римский Ближний Восток в 359 г. вместе с императором Констанцием II.
В надписи АЕ 2010, р. 490, по. 1299 Ь, которую мы цитировали ранее, в разделе о военной организации паннонских провинций, говорится, что к 350-м гг. вексилляции далматской кавалерии защищали земли по среднему течению Дуная в качестве пограничных войсковых подразделений, т. е. они принадлежали к местной пограничной армии. К 350-м гг. вексилляции далматской конницы представляли собой отряды береговой стражи, размещавшиеся вдоль среднего Дуная и подчинявшиеся дуксам тех провинций, где они выполняли службу.
Мы можем предположить, что, скорее всего, вексилляции далматов, оборонявшие берега Дуная, сохранили ту же внутреннюю структуру, что и в период Принципата, до эпохи Галлиена. До времен Галлиена эти отряды имели ранг алы или когорты, но начиная с эпохи Галлиена старые ранги заменялись новыми, такими как numerus или vexillatio. В подтверждение приведем текст надписи из Верхней Мезии, которая упоминает отряд далматов в ранге numerus, но не в ранге алы или когорты.
D(is) M(anibus) / Atadis Dorani /filius qui milita(vi)t /
n(umero) D(almatarum) [ce]nturia/Calvi[ni] vixit/anno[s]XX/
Romus qui mili/ta(v)it in nume/r<um> (sic) Dalma/t[a]rum \(centuria) [—] VI
Как видно из текста надписи, отряд далматов, в котором служил воин Атадий, состоял из центурий, т. е. он делился на более мелкие внутренние единицы, очевидно, каждая такая центурия включала в себя по 100 человек.
Поэтому, возвращаясь к тезису Р. Шарфа, предположившего, что и в 368 г., ив 371 г. Девятая вексилляция далматов принадлежала к экспедиционной армии, мы можем заключить, что, наоборот, до 371 г. данная вексилляция принадлежала к пограничной армии.
Подтверждением нашему выводу служит надпись, опубликованная в 1996 г.: в 368 г. воины Девятой вексилляции далматов выполняли поручение дукса Аравии Петрейской, т. е. офицера, командовавшего только пограничными войсками. Следовательно, Валент не включил данную вексилляцию в состав экспедиционных войск и не перевел её в Антиохию или в Константинополь, где находились гарнизоны экспедиционной армии. Валент оставил вексилляцию далматов там, где она располагалась ранее, с 359 г. — в Аравии Петрейской.
Но через три года, в 371 г., согласно надписи, опубликованной в каталоге PPUAES ША, положение изменилось: воины-далматы выполняли поручение начальника воинов Востока Юлия, который командовал экспедиционными войсками. Следовательно, в 368 г. всадники-далматы входили в состав пограничной армии, а к 371 г. они перешли в состав экспедиционной армии; но и в 371 г. Девятая вексилляция далматов все равно продолжала размещаться в Аравии Петрейской, а не в Антиохии или в Константинополе.
Мы полагаем, что к 371 г. Девятая вексилляция далматов получила ранг pseudocomitatenses, т. е. формально вошла в состав экспедиционных войск Востока, точнее, была внесена в списки этих войск, т. е. причислена к ним по документам, но в реальности продолжала оставаться в той же крепости, что и ранее. Почему Валент не стал перемещать Девятую вексилляцию далматов из Аравии Петрейской в Сирию или во внутренние земли Малой Азии? Ответ, как мы полагаем, вполне очевиден: удаление вексилляций далматской конницы с арабского участка римско-персидской границы могло ослабить защиту данной территории, соответственно, Валент предпочел включить Девятую вексилляцию далматов в состав экспедиционных войск только формально, на бумаге.
Мы полагаем, что пример с Девятой вексилляцией далматов дополнительно подтверждает наш вывод, что численность экспедиционных войск в восточной половине империи была намного ниже, чем в западной: именно из-за недостатка экспедиционных подразделений Валент был вынужден формально включить в состав экспедиционных войск отряды, размещавшиеся вдоль римско-персидской границы. Но проблема заключалась в том, что даже после официального зачисления в состав экспедиционной армии данные пограничные отряды все равно продолжали выполнять службу в тех же крепостях, что и ранее, без каких-либо территориальных перемещений.
Единственным заметным новшеством стал более высокий ранг pseudocomitatenses (ранее они обладали рангом limitanei), этот ранг давал несколько материальных преимуществ: воины отрядов pseudocomitatenses получали больше жалованья и продовольствия, чем отряды limitanei. Функции же отрядов pseudocomitatenses остались теми же, что и у отрядов limitanei, поскольку и те и другие фактически принадлежали к войскам пограничной армии.
3.6.2.2. Царство Великая Армения и римские войска
на территории Армянского нагорья
В июле 363 г. император Иовиан заключил с персами мирный договор, по условиям которого римляне отдали им часть земель Месопотамии, включая и город Нисибис. Римский историк Фест, живший в IV в., по этому поводу кратко сообщает, что персам «были переданы Нисибис и часть Месопотамии» (Nisibis et pars Mesopotamiae traderetur. — Festus, Brev. 29. 2). Как говорит Аммиан, персидский царь (Шапур II) «требовал… в качестве выкупа за нас (т. е. римлян, римского войска, фактически оказавшегося в плену у персов. — E. Μ.) пять областей, [находящихся] за Тигром: Арзанену, Моксену, Забдике-ну, а также Рехимену и Кордуэну вместе с пятнадцатью крепостями, Нисиби-сом, Сингарой и Крепостью Мавров» (pro redemptione nostra quinque regiones Transtigritanas: Arzanenam et Moxoenam et Zabdicenam itidemque Rehimenam et Corduenam cum castellis quindecim et Nisibin et Singaram et Castra Maurorum. — Amm. XXV. 7. 9). Более того, согласно Аммиану, Шапур II поставил римлянам условие, серьезно ограничивавшее их внешнеполитические инициативы: «…чтобы римляне, когда вопрос будет решен таким образом, не оказывали помощи Арсаку (царю Великой Армении Аршаку II, правившему с 338 по 367 г. — Е. Μ.), всегда дружественному и верному нам, если он попросит о помощи [в борьбе] против Персов» (ne post haec ita conposita Arsaci poscenti contra Persas ferretur auxilium, amico nobis semper et fido. — Amm. XXV. 7. 12). Аммиан уточняет, что благодаря такому требованию персидский царь «сохранил [для себя] возможность вскоре после этого беспрепятственно вторгнуться в Армению» (remaneret occasio, per quam subinde licenter invaderetur Armenia. — Amm. XXV. 7. 12).
В обмен на выполнение всех этих условий Шапур предоставил римлянам возможность безопасно эвакуироваться из Месопотамии: «римлянам же было позволено покинуть укрепления и вернуться в наши сторожевые посты» (a munimentis vero alienandis reverti ad nostra praesidia Romani permitterentur. — Amm. XXV. 7. 11). Зосим же сообщает, что в ходе переговоров обе стороны «пришли к согласию, что Римляне отдают Персам племена Забдикены, а еще — Кордуэны, и сверх этого — [племена] Римены и Залины, и, помимо всего этого, находившиеся там крепости, которых было пятнадцать, вместе с [их] жителями, домами, скотом и всем продовольствием, Нисибис же будет передан без жителей» (συνεδόκει δέ 'Ρωμαίους του τε Ζαβδικηνών έθνους έκστήναι τοίς Πέρσαις, ετι δέ Καρδουηνών καί 'Ρημηνών καί Ζαληνών τε προς τούτους καί έπί πάσιν των περί αύτά φρουρίων, οντων τον άριθμόν πεντεκαίδεκα, μετά των οίκητόρων καί κτημάτων καί ζώων καί πάσης άποσκευής, Νίσιβιν δέ παραδοΰναι δίχατών ένοικούντων — Zos. III. 31. 1).
Но, судя по всему, по результатам мирных переговоров было оговорено еще одно условие, которое персы явно навязали римлянам и которое скорее соответствовало геополитическим интересам персов, а не римлян. Косвенные сведения об этом условии содержатся в труде византийского чиновника Иоанна Лида «О магистратах римского народа», сам Иоанн Лид, как известно, жил в VI в. в эпоху Юстиниана, служил в аппарате византийского префекта претория, главы гражданской администрации империи. Согласно сообщению Иоанна Лида, «там, где солнце встает под [знаком] Льва (т. е., очевидно, под созвездием Льва. — Е. Μ.), в главном ущелье Кавказа, где северный ветер [движется] вдоль Каспия [и где] природой отделены [друг от друга] подножия Кавказа, образовался проход [для] варваров, которые неизвестны ни нам, ни Персам и которые населяют Гирканию (юго-восточное побережье Каспийского моря. — Е. Μ.). Они вторгались через этот [проход] [и, двигаясь] на восток, грабили [земли] персов, а [двигаясь] на север — [земли] Ромеев. И когда Ромеи еще держали под своей властью земли вплоть до Артаксаты (город Арташат — столица Великой Армении в IV в., располагался по среднему течению реки Араке. — Е. А.), а также [земли], лежавшие далее, они оказывали сопротивление, размещаясь там. Поскольку при Иовиане [Ромеи] ушли и из тех [земель], и из других, у Персов не хватало сил охранять и свои [земли], и те, что ранее [принадлежали] Ромеям, [вследствие этого] и те и другие (т. е. и римляне и персы. — Е. Μ.) постоянно испытывали невыносимые тревоги по поводу [земель] Армении. Поэтому во времена, последовавшие за Юлианом, Ромеи [в лице] Салютия, который тогда был префектом, [и] Персы [в лице] наиболее знатных из них и позже — [в лице] Иездигерда (Иоанн Лид имеет в виду одного из персидских царей, правивших в V в., — либо Иездигерда I, (с 399 г. по 420–421 гг.), либо Йездигерда II (с 438–439 гг. по 457 г. — Е. Μ.)), поняли, что [они допустили] ошибку, поэтому оба государства [решили] построить на общие деньги крепость вблизи вышеназванного прохода и разместить в тех местах войска для сдерживания варваров, вторгающихся через этот [проход]. В то время как Ромеи терпели из-за врагов неудобства на западе и на севере, Персы, поскольку они находились ближе к [местам] вторжений варваров, были вынуждены соорудить там крепость Бирапарах — так она называется на [их] родном языке — и разместить войска. И враг [больше] не вторгался» (Προς άνίσχοντα ύπό λέοντι ήλιον έν άρχή στενή του Καυκάσου, προς βορέαν άνεμον κατά τήν Κασπίαν χωριζομένων φύσει των του Καυκάσου σφυρών, είσοδος άπετελέσθη βαρβάρων τοίς άγνοουμένοις ήμίν τε καί Πέρσαις, οΐ περί τήν Ύρκανήν νέμονται· δί ής είσβάλλοντες τά τε προς εύρον Πέρσαις, τά τε προς βορέαν 'Ρωμαίοις άνήκοντα έδήουν. καί εως μέν Άρτάξατα καί ετι έπέκεινα είχον ύφ1 έαυτοίς οί 'Ρωμαίοι, άντέβαινον παρόντες έκεί — ώς δέ τούτων έξέστησαν καί όσων άλλων έπί Ίοβιανοΰ, ούκ έξήρκουν οί Πέρσαι τά τε έαυτών τά τε πάλαι 'Ρωμαίων φρουρείν καί θόρυβος άεί τάς έκατέρων 'Αρμενίας είχεν άφόρητος. γίνονται δή ούν λόγοι μετά τήν έπί Ίουλιανοΰ 'Ρωμαίων άστοχίαν Σαλουτίφ τε, ός ήν ύπαρχος, έξ ήμών καί Περσών τοίς έξοχωτάτοις καί Ίσδιγέρδη ύστερον, ώστε κοιναίς δαπάναις άμφω τά πολιτεύματα φρούριον έπί τής είρημένης εισόδου κατασκευάσαι, έπιστήσαί τε βοήθειαν τοίς τόποις προς άναχαιτισμον τών κατατρεχόντων δί αύτής βαρβάρων. 'Ρωμαίων δέ τοίς περί τήν έσπέραν καί τήν άρκτον πολέμοις ένοχλουμένων, οί Πέρσαι εσχον άνάγκην, οία προσεχέστεροι ταίς τών βαρβάρων έφόδοις, άντοικοδομείν φρούριον έκεί, Βιραπαράχ πατρίως αύτό καλέσαντες, καί δυνάμεις έπέστησαν καί πολέμιος ούκ είσήει. — loh. Lyd. Mag. III. 52, ed. A. Bandy, p. 212, 1. 9–29).
[673] Scharf R. Equites Dalmatae und cunei Dalmatarum in der Spätantike // ZPE. 2001. Bd. 135. S. 191–192.
[674] Speidel Μ. Р. Das Heer // Die Zeit der Soldatenkaiser: Krise und Transformation des Römischen Reiches im 3. Jahrhundert n. Chr. (235–284)/ Hrsg, von Kl.-P. Johne. Bd. I. Berlin, 2008. S. 679–680; Röder S. Kaiserliches Handeln im 3. Jahrhundert als situatives Gestalten: Studien zur Regierungspraxis und zu Funktionen der Herrschaftsrepresentation des Gallienus. Frankfurt a/Main, 2019. S. 341; GeigerM. Gallienus. Frankfurt a/Main2, 2013. S. 324; Hartmann U. Der Mord an Kaiser Gallienus // Deleto paene imperio Romano / Hrsg, von K.-P. Johne, Th. Gerhardt, U. Hartmann. Stuttgart, 2006. S. 106; Saunders R. Who Murdered Gallienus? // Antichthon. 1992. Vol. 26. P. 86, 88–89, 93, Ratti S. Sur la source du récit de la mort de Gallien dans l'Histoire Auguste (Gall. 14, 1–11) // Historiae Augustae Colloquium Genevense. Atti dei Convegni sulla Historia Augusta VII / A cura di F. Paschoud. Ban, 1999. P. 262, 271.
[675] Мехамадиев E. А. Военная организация поздней Римской империи (253–305)… С. 124–125.
[676] Saunders R. A Biography of the Emperor Aurelian (A.D. 270–275). PhD Diss. University of Cincinnati, 1991. P. 238–239, 242, 245, 248, 251–253, 255, 260.
[677] Altmayer K. Die Herrschaft des Carus, Carinus und Numerianus als Vorläufer der Tetrarchie. Stuttgart, 2014. S. 295–299.
[678] Tituli Aquincenses. Vol. I… P. 69, no. 71. Впервые надпись была опубликована в CIL III 10406.