Двери кабинета распахнулись, и свободной походкой зашел Нико. Без стука, разумеется. Сразу приземлившись на кресло напротив, он поставил локоть на стол и подпер ладонью подбородок.
– Пытаешься вникнуть?
– Ни черта не понимаю, – Кьяра откинула бумагу от себя и опустила голову. – Нам нужен план.
– Казентино должен вернуться со встречи через двадцать минут, – он бросил взгляд на часы. – Есть какие-то мысли?
Корсани вернулась к записям на бумаге: брак, торговля оружием, табак, дела с Ди Кристина. С чего бы начать…
– Расскажи мне про семьи. – Она подняла к нему глаза. – Я знаю про Альдо и его жену и теперь немного про Росетти. А кто еще?
Нико сложил руки перед собой – приготовился читать лекцию – и стал немного серьезнее.
– Лучиано должен был тебе обрисовать ситуацию, когда показывал дела, разве нет?
Как будто Кьяра запоминала.
Она смогла вспомнить только имя главы семьи из тех документов из глобуса.
– Разве что о Скьяретта… Антонио во главе, и у него есть дочь?
– Две, – поправил он с кивком. – Амелия и Сиена. Старшая твоя ровесница, будущая наследница, если отец не решит переписать все на кого-то из подручных.
– А младшая?
– Ангел во плоти. Почему ты спрашиваешь?
Она немного подалась назад, отводя взгляд, пока размышляла над честностью своего ответа. Впрочем, Кейла для осуждения в комнате не было, она могла доверять Нико.
– Если я хочу остаться у власти, мне понадобится союз, – начала она и дернула ящик стола, в котором Лучиано хранил сигареты. – Что может быть лучше брака?
Он тихо рассмеялся.
– Я чувствую в этом привкус средневековой романтики, госпожа.
– Но ты не станешь спорить, что я права?
– Не стану. Но и не уверен насчет Скьяретта.
Кьяра предложила сигарету ему, но он отказался, поэтому подожгла кончик только своей и подтянула хрустальную пепельницу поближе.
– Разве есть другие варианты? Дочери Ди Кристина около шести.
После пары секунд тишины он вздохнул, но согласился:
– У Марчелли сын, если вдруг ты сама хочешь выскочить замуж еще раз.
О, она прекрасно осознавала, что однажды получит предложение о свадьбе для сохранения своего статуса, и, скорее всего, сразу, как закончится траур…
Вероятнее всего, у нее был лишний год, чтобы подумать об этом. Пока что сама мысль о новом браке вызывала тошноту.
На ее лице все это точно отразилось – иной причины, почему Нико не стал продолжать этот разговор, не могло быть.
– И кого ты собираешься на ней женить? – спросил он так, будто уже знал ответ.
Кьяре пришлось включить все свои аналитические способности и представления об иерархии власти, чтобы выбрать. К сожалению, нашлось лишь одно имя, и от этого сжалось сердце.
– Он не оценит.