– Что-нибудь еще?
– Думаю, он мне солгал.
Несколько мучительных секунд в машине висела тишина, нарушаемая только хрустом асфальта под колесами.
Нико дернул плечами.
– Я предупреждал, что это его человек.
– Просто хотела убедиться лично. – Кьяра прикрыла глаза, осмысливая все события прошедших дней.
Полиция сдала им имя подозреваемого, которого задержали недалеко от места преступления с орудием убийства. Несколько очень неловко сотканных нитей вели к имени Росетти, и теперь сомнений не оставалось.
Он был причастен к смерти и ее матери, и Лучиано. Вопрос Доминики Корсани, некогда любимой женщины в этой семье, она предпочитала не поднимать. Кьяра не знала, насколько эта рана была еще открыта.
Ей придется начинать войну.
Сопутствующие смерти – мелочи по меркам мафии, но убийство дона… Такое не могло сойти с рук никому.
И что-то внутри уже загоралось желанием отомстить. Мама была причиной, по которой она ввязалась в столь сомнительное дело и оказалась рядом с Лучиано, а затем Росетти лишили ее и этой мнимой безопасности.
Он стал причиной слишком многого в ее жизни. При этом позволял себе стоять на похоронах с высоко поднятой головой, как будто владел миром. Считал, что может строить против них планы, надеясь ухватить власть себе.
И он действительно думал, что у него все под контролем. Можно будет легко сместить девочку на «троне», взять в свои руки дела и убедить людей, что он лучше.
Это бесило больше всего. Дамиано настолько ни во что ее не ставил, что даже не думал, что она будет сопротивляться.
Ну уж нет. С какой стати Кьяре жертвовать своей жизнью ради удобного положения какого-то ублюдка? И неважно, насколько древняя у него фамилия и насколько он чертовски хорош собой.
Когда она снова открыла глаза, окончательно собирая в себе хрупкую уверенность, сразу наткнулась на взгляд Кейла. Он изучал ее внимательнее обычного, пытаясь разгадать, что творилось в ее голове.
Ей нужно вернуться назад в кабинет Лучиано и поискать другие записи. Возможно, он оставил ей инструкции и на этот счет. Если очень повезет.
– Не начинай войну, которую не сможешь закончить, Лучия… – выдохнул Казентино с очевидной мольбой в голосе.
Кьяра почувствовала вторую сторону своего нового «я». Ту версию, что была сильнее.
– Кто сказал, что не смогу? – она наклонила голову. – Насколько теплые у нас отношения с убойным отделом?
– Достаточно, – ответил Нико.
– Зачем? – не сдержавшись, уточнил Кейл.
В ответ Корсани ухмыльнулась.
– Хочу поговорить с подозреваемым в знакомой обстановке.
И подарить кому-нибудь еще восемьдесят три шрама на руке.
В конце концов, однажды именно они заставили ее говорить.
Кабинет оказался пуст в отношении других подсказок или дневников, сколько бы мест Кьяра ни пересмотрела. Или Лучиано спрятал их так, чтобы их никто не нашел, или не оставил их вовсе, не подготовившись к такому исходу событий.
Но она отказывалась верить во второй вариант.
Человек вроде него должен иметь запасной план. Просто обязан. И если Кейла не посвятили, эта честь досталась кому-то другому.
Впрочем, пока что вариантов не имелось, поэтому Кьяра сидела в этой проклятой комнате снова, просматривая последние отчеты из компании. Для вида по большей части, цифры плыли перед глазами.