— А мне даже нравится, — ответил парень. — Адреналин шкалит, ты еще дрожишь, прикольный коктейль. Я, похоже, адреналиновый наркоман.
— Ничего я не дрожу, — чародей даже удивился такому предположению. — Что за ерунду ты несешь?!
— Это специальная боевая дрожь, — с самым невинным видом пояснил Валерка. — Для битв и просто от бешенства.
Чародей постучал по голове.
— Помогает, ваше чародейшество?!
— Так, — выдохнул взбешенный учитель и махнул рукой, отчего порывом ветра обоих учеников подхватило и потащило в сторону заднего двора. — Быстро поставили щиты и принялись отрабатывать. А у меня дела.
После чего он ушел в дом и захлопнул дверь.
— Странный он какой-то, — пожал плечами Валерка.
— Кто бы говорил…
Парень повернулся к Ваньке, но тот уставился на него преданной собакой, только что хвостом не вилял.
— Нападайте, барыня, я готов!
Пару часов отрабатывали щиты, и Валерка даже подустал, поскольку выкладывался на совесть. А вот Ванька, убедившись, что чародей за ними не смотрит, а Валерка бьет вполсилы, начал откровенно филонить.
— Эй, ты чего? — потер он зад, куда Валерка отправил здоровенный чурбачок, заметив это.
— Ты чего халтуришь?
— Устал, — Ванька без разрешения уселся на колоду и вытянул ноги. — Да и смысл спины гнуть, выполняя эти дурацкие упражнения?
— Думаю, смысл есть, — не согласился Валерка. — А ну враги, а ты щит не умеешь ставить?!
— Да какие враги, — отмахнулся Ванька. — У нас сто лет тут войн не было. А и были бы… есть же армия, стрельцы, Горыныч на худой конец!
— Опасная позиция, очень опасная, — не согласился Валерка. — Но если ты в самом деле устал, то бросай в меня. И не щади! Можешь даже крученым кинуть, обещаю, что пороть не стану!
Практически до обеда занимались сами. А потом явился злой чародей, всё в том же щегольском прикиде и опять навешал всем как котятам. Сам при этом не запыхался, сапог не испачкал и даже косы не растрепал.
Валерка в очередной раз поднялся на ноги и вытер лицо. Было оно измазано всем вперемешку в земле, в соплях, крови и слезах. За последние было не стыдно, они сами брызнули из глаз, когда Валерка вышиб собой дверь сарая.
Не меняя выражения лица, с которого за время этой показательной экзекуции не сходила скука, чародей привел Валерку в порядок, залечив ссадины, и отправил обоих умываться к бадье с водой.
— А меня?
— Только за деньги, — отказался лечить крепостного чародей.
Валерка вздохнул, эти сословные различия порядком бесили. Но если ему тоже отказаться от лечения из солидарности, то дома поднимется вой как по покойнику, и ходить на занятия придется, переступая через тела домашних.
— Давай я попробую? — предложил он Ваньке, но тот почему-то отказался.
«Холоп! — воскликнула Лерка. — Да как он смеет?!»
— Не хочешь, как хочешь, — отмахнулся парень, наклоняясь к воде, чтоб умыться. — Тогда к Аглае сходи в усадьбу. Пусть нормально промоет и может, мазь какую наложит. Вон тут синяк будет нехилый такой.
А потом чародей им объявил, что уезжает на неделю в столицу. И чтоб не скучали без него и продолжали сами заниматься. И вот еще Валерке книжка для этого. И он с самой паскудной ухмылкой вручил ему талмуд в серой обложке без надписей.
Валерка даже крякнул с натуги, принимая щедрый дар.
— Обедать, — скомандовал Прохор, едва парень влез в повозку сам и затащил туда фолиант. Он даже рот не успел открыть, чтоб начать фонтанировать идеями.