Дело о телефонных звонках: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алла одевала мальчика, наклонялась к нему, упорно поворачиваясь спиной к змееподобной девушке. Да, да, была какая-то «Надька-Кобра» — это она, конечно. Ничего не скажешь, прозвище подходит. А он-то за выпивкой, наверное, кинулся — не мог дождаться, когда мальчика не будет. От злости у нее дрожали руки, она никак не могла застегнуть пуговицы на Лодькиной куртке, наконец справилась и потащила мальчика за собой. Лодька в коридоре упрекнул ее:

— Что же ты не попрощалась с тетей Надей?

— Ничего, — сказала Алла, — она не обидится. Давно папа ушел?

— Давно! — сказал Лодька. — Мама, а я у тети Нади все партии выигрываю. И у бабушки тоже.

— А бабушка куда ушла? Ведь мы тебя к бабушке отпустили!

Ничего умнее не придумала, как ему это говорить!

— Бабушка в магазине, она сказала: скоро конец месяца! А папа сказал: ты посиди с тетей Надей, я скоро приду.

— Что же ты мне раньше не рассказывал про тетю Надю ничего?

Лодька не ответил, видно, не счел вопрос достойным ответа. Оба шли, думая каждый о своем, и Лодька что-то бормотал себе под нос. Алла прислушалась. Он считал:

— Сто два, сто три...

— Ты что считаешь? — спросила она.

— Ничего. Шаги.

— Какие шаги?

— Шаги. От нас до папиного дома.

— Так мы же на автобусе...

— Автобус я не считаю.

V

Когда они сошли с автобуса, Лодька опять начал считать шаги: сто шестьдесят восемь... сто шестьдесят девять — и не увидел отца, потому что смотрел себе под ноги. Но она его увидела в свете фонарей, и увидела, что он готов уже, приложился где-то; у него заплыл левый глаз и скула была разбита, шапки на нем не было никакой... Он смотрел в сторону и вид сделал такой, будто сосредоточен и спешит, спешит безумно куда-то... Она поняла, что он узнал их и стыдится, значит, не так уж пьян, и поняла, что не надо его останавливать, ради Лодьки. И так они прошли друг мимо друга, чуть не столкнувшись, она даже почувствовала, как потянуло спиртным, вечным запахом, ненавистным... Шел он прямо и быстро, но это ничего не значило, он сам про себя говорил: мозжечок у меня какой-то деревянный, хоть в центрифуге крути.

Лодька считал уже вторую сотню, когда она обернулась. Ее муж, отец ее сына, стоял у гастронома в известной всему микрорайону компании пропойц как свой, как завсегдатай, как равноправный член этого клуба... Лодьку забыл, оставил его, а сам сюда... И понадобилось же именно сюда, в наш район, чтобы потом мне говорили, отцу говорили... А у него сидит эта... Кобра.

— Триста семь! — сказал Лодька, когда они дошли до парадной. — Лифт я тоже не считаю.

Они поднялись на лифте сквозь темную парадную. Наверное, опять перегорели лампочки — и никому не нужно, раз лифт.

Она открыла дверь ключом. В передней стояла мать.

— Бабушка! — Лодька кинулся к ней. Он возвращался домой после долгой разлуки — целый день, целый выходной. Выходные дни для Лодьки были не короче прочих.

— Соскучился по бабушке! Ах ты, моя капелька!

— А где папа? — спросила Алла с удивлением.

— Сказал — сейчас вернется. С полчаса, как ушел. А почему ты сама мальчика привела, а не та бабушка?..

— Той бабушки и в помине нет. Прихожу туда — ни бабки, ни отца. Лодька один...

— Баба Оля пошла в магазин, потому что скоро конец месяца, — напомнил Лодька. — А я с тетей Надей в шахматы играл. Я бы опять у нее выиграл, да ты забрала.

Лодька нахмурился, высвободился от бабушки и пошел в комнаты.

— А где мои солдатики? — крикнул он оттуда. — Дед, где мои солдатики?