— О, — растерялась я. — Боюсь, опыта обращения с детьми у меня маловато.
Попытка увильнуть не удалась.
— Да какой там опыт! — отмахнулся шериф. — Вы занимайтесь своими делами. Свидетелей там опросите или еще что. Я прошу только, чтобы она у вас на глазах была. Пожалуйста, мисс Корбетт. Очень вы меня выручите.
Портить отношения с шерифом не хотелось, однако от перспективы отвечать за неугомонную девицу становилось дурно.
— Может, просто запереть ее получше? — предложила я неуверенно.
Шериф вздохнул.
— Разве что в кандалы заковать, у нас еще пара штук сохранилась. Историческая ценность, м-да. Но не могу же я родную дочь упечь в тюрьму!
Тон у него был, пожалуй, мечтательный.
— Хотя ей бы это пошло на пользу… — пробормотала я.
Кхм, я это сказала вслух?
Шериф, впрочем, не обиделся. Улыбнулся криво.
— С тех пор, как Питер закрыл Дженни в погребе, а она призвала мышь, чтобы стащить ключ — тогда и открылась ее магия — мы побаиваемся. Питер особенно.
Девчонка злопамятная? Тем больше резонов с ней не связываться.
— Могу вообразить.
— Не можете, — покачал головой шериф. — Дженни подсунула ему в кровать здоровенную бородавчатую жабу. Причем жаба очень упорно лезла к нему целоваться!
Я фыркнула. Уверена, с тех пор Питер зарекся обижать сестренку.
Шериф сдвинул шляпу на затылок.
— Об этом даже в газетах написали, — сообщил он не без юмора. — Назвали смоллвильским феноменом или что-то вроде того. Так вы поможете, мисс Корбетт?
— Хорошо, — сдалась я, понимая, что совершаю непоправимую ошибку. Хотя была у меня одна идея… — Только ненадолго. И с вас — фунт лучшего табаку.
Надо же потом как-то успокаивать нервы?
— Согласен! Я заберу Дженни, как только смогу! — клятвенно заверил шериф.
Судя по его радостной улыбке, я изрядно продешевила. Что же, сейчас я ему настроение подпорчу.
— Шериф, — сказала я, задумчиво разглядывая огонек сигареты, — вы же знаете тип людей, из которых получаются либо преступники, либо полицейские?
Он удивленно кивнул.
— Так вот, — закончила я, щелчком послав окурок в урну, — не мешайте Дженни расследовать, иначе будет хуже.
Шериф нахмурился.
— Спасибо, мисс Корбетт. Я вас понял.
Насколько я была права, выяснилось сразу: судя по звукам из кабинета, Дженни увлеченно ковырялась в замке, а мышь стояла на стрёме в коридоре. Завидев нас, мышь тревожно запищала и поскреблась в косяк. За дверью затаились.
Шериф только глаза закатил.
— Дженни, перестань, — прогудел он добродушно. — Мисс Корбетт согласилась взять тебя с собой.