Миссис Хопкинс казалась хрупкой, как былинка. Тонкая, худенькая, светлокожая, макушкой она едва доставала мужу до груди. Как он не боялся к ней прикасаться?
Я скучала в купе под присмотром шерифа, остальные разбежались кто куда. Хотя далеко они не ушли, смутно доносились голоса Рэддока и прокурора Гордона.
— Доброе утро! — миссис Хопкинс по-мужски протянула мне ладонь. — Вы же мисс Корбетт? Я о вас читала.
Ее рано поседевшие волосы, стянутые на затылке в тугой пучок, блестели под светом лампы.
— Милли! — мягкий упрек в голосе шерифа заставил ее лишь отмахнуться.
— Брось, Тедди. — Она мимоходом похлопала мужа по руке. — Ты же знаешь, не люблю я эти ритуальные пляски. Я — Миллисент Хопкинс, милая. Законная жена этого бугая и ваша давняя поклонница. Мы ждем вас сегодня к ужину. Ровно в семь, хорошо?
Рука у нее была крошечная, но удивительно сильная, а хватке позавидовал бы стальной капкан.
Я даже несколько растерялась от эдакого напора.
— Рада знакомству, миссис Хопкинс. Только вряд ли меня отпустят.
Сомневаюсь, что окружной прокурор позволит мне спокойно разгуливать по округе.
Миссис Хопкинс только чуть сдвинула брови, а ее благоверный уже начал оправдываться:
— Милли, прокурор Гордон ни за что…
— Щенок твой Гордон! — отрезала миссис Хопкинс, как будто даже сделавшись выше ростом. — А я не позволю тиранить мою гостью.
Сказано это было так, что окружному прокурору следовало трижды подумать, прежде чем бросить в мою сторону недобрый взгляд.
— Милли! — в низком голосе шерифа звучал мягкий упрек, зато взгляд светился обожанием. — Давай ты сначала сделаешь то, о чем я тебя просил?
— О чем речь. Давай. — Миссис Хопкинс подбоченилась, что при ее цыплячьей фигуре выглядело забавно. — Хотя это настоящий позор, Тед. Джимми Гордон слишком далеко зашел!
— Просто сделай это, ладно? — он наклонился и чмокнул жену в щеку. — Я в коридоре, если что.
— Если что! — фыркнула миссис Хопкинс, проводив его нежным взглядом. — Ладно, милая. Если уж Тедди говорит, что так надо, значит надо.
Я лишь плечами пожала. Излишней стыдливостью я не страдала, а потому без слов принялась стаскивать с себя платье…
Миссис Хопкинс справилась так ловко, что я поневоле начала коситься на нее с подозрением.
— Думаете, где я такому научилась? — рассмеялась она, перехватив мой взгляд. — У меня четверо сорванцов. Дженни, младшенькая, та еще разбойница. Вечно прячет то лягушек, то сигареты.
— Могу вообразить, — содрогнулась я.
Лично я в детстве была мечтательницей, зато кузен Дэнни был на выдумки неистощим. Он постоянно то устраивал какую-нибудь пакость, то обдумывал следующую.
— Ничего, я привыкла, — миссис Хопкинс лукаво улыбнулась и протянула мне стопку одежды. — Ну вот, можете одеваться, милая. Теперь я с полным правом могу подтвердить, что нет у вас ничего такого.
— Ни лягушек, ни сигарет, — хмыкнула я.
Прозвучало с сожалением, и миссис Хопкинс прищурилась.
— Сигареты, положим, у моего Теда найдутся. Не дамские, само собой, покрепче.
— Меня это вполне устроит! — заверила я с чувством. — У меня, конечно, есть свои… где-то там.
Я махнула в сторону соседнего купе. Нечего и думать туда соваться, пока там орудуют коронер и полиция. Потом место преступления опечатают… Я ладонью разгладила измятый подол. Похоже, щеголять мне в этом наряде еще долго.
Миссис Хопкинс охнула.