Индржих Мошна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На полупустой галерке стояли у барьера слуги и еще какие-то личности, видимо из полиции. На премьеры дирекция не продавала места на галерке, а отводила их для слуг важных зрителей — зачем пускать туда неизвестно кого…

В эту атмосферу спокойного, пожалуй, даже игривого ожидания — ибо пусть премьера, но публика сегодня принадлежала к тем кругам общества, которые не так легко взволновать и удивить, — в эту атмосферу окунулись, войдя в зал, слегка вспотевшие пан Бём с супругой.

Пан Бём чувствовал себя не в своей тарелке — он не знал, как ступить, с кем здороваться.

Пани Бёмова, подталкивая мужа впереди себя, поминутно дергала его за полы:

— Смотри, вон стоит такой-то… А это ведь тот-то… Поздоровайся! Поклонись! Да сними ты хоть шляпу-то… Господи, Антон!.. Guten Tag, Herr… Respekt zu melden, Frau…[9]

Пани Бёмова расточала улыбки во все стороны, но никто не обращал на нее внимания. После всех неуклюжих поклонов и извинений они наконец добрались до своих мест, и пани Бёмова блаженно раскинулась в кресле, важно озираясь. Пап Бём сидел как деревянный, неподвижно уставившись на занавес.

Наконец зазвучали сладостные звуки увертюры, все стихло, и представление началось.

Пан Бём довольно долго высидел в таком оцепенении, но против природы не попрешь… Картины Востока, сладостная музыка, голоса, ничуть не уступающие ангельским, постепенно одолевали его. В глазах поплыл туман, ангелы возносились к небу, дурманно-сладко благоухала дама впереди него — все это вызвало в нем сначала представление некоего облака, кудрявого, как барашек, а потом — раскрытой, со взбитыми перинами постели.

Между тем действие развивалось — или, вернее сказать, запутывалось. На сцене появился владетельный князь — то ли алжирский, то ли еще какой — в сопровождении, конечно, своего двора. Все пели и представляли что нужно, как вдруг придворные расступились, и вперед выбежал арапчонок.

Публика подумала было, что арапчонок принес какую-то важную весть — он запыхался и обливался потом. Но ничего такого не произошло. В ответ на вопросительный взгляд князя арапчонок находчиво поклонился, перевел дух и, словно спохватившись, поспешно скрылся в толпе. Вот и все. Может, это режиссерская находка? Ладно…

Пани Бёмова, как, впрочем, и другие зрители, обратила внимание на этого мальчика с зачерненным лицом. И вдруг молнией ударила фантастическая мысль: этот запыхавшийся арапчонок — пусть совсем черный, а может, именно потому, что черный, — до странности похож на Индру!

«Не может быть! Однако как этот мальчишка вылетел на сцену… а его испуганный поклон — ну Индра, и только! Господи твоя воля, неужели он? Или это обман зрения? В театре ведь все возможно…».

Тут пани Бёмова разозлилась на себя, зачем не взяла напрокат бинокль. И она с волнением искала глазами этого чумазого шпингалета, но он, как нарочно, все время держался где-то сзади.

Пан Бём начал упорно клониться к ее плечу. Она наградила его мощным толчком и одновременно дернула за рукав.

— Господи, да не дрыхни ты, Антон, глянь-ка, там сзади, на этого черномазого парнишку! — прошипела она ему на ухо.

— А? Что? — с отсутствующим видом вопросил пан Бём и, если б супруга решительно не удержала его, начал бы аплодировать, вообразив, что его разбудили к антракту.

— Видишь того черномазого?

— Какого черномазого? — в полном отчаянии спросил пан Бём, с трудом понимавший, где сам-то находится.

— Вылитый Индра! Видишь?

— Какой Индра? — Пан Бём очень старался понять, в чем дело.

— Тсс! — зашипели сзади.

— Да этот арапчонок — наш Индра… — только и прошептала растерянно пани Бёмова.

Тем временем двор алжирского князя с великим достоинством удалился со сцены, и действие шло вперед как по маслу. К счастью, в последующих сценах никаких арапчат уже не было…

Из служебного выхода Сословного театра выскочила тщедушная мальчишеская фигурка и что было мочи помчалась по улицам. Это Индра возвращался после «работы» статистом, зажав в кулаке два гривенника. Помощник режиссера, выдавая ему плату, заявил, что если он опоздает и в следующий раз, получит вместо гонорара пару подзатыльников.

Индра дернул колокольчик у двери; никто не шел открывать, и он стал дергать колокольчик так, что чуть не оторвал ручку.

«Да куда же запропастился этот дядя Алоиз, неужели уснул?» — с отчаянием подумал мальчик.

Наконец раздались шаги. Индра перевел дух.

— Проклятый мальчишка, я тут помираю со страху за тебя! — такими словами встретил его Плачек.

— Вот видите, дядя, все и обошлось! Вы даже не знаете, как сегодня было интересно!

— Подожди ты со своими рассказами, беги скорее ложись, как бы проверять не зашли!

[9] Добрый день, господин… Мое почтение, госпожа… (нем.).