– Сними трусики, — говорю спокойно, прерывая её на полуслове.
Она замирает. Улыбка сползает.
– Прямо здесь?
– Прямо здесь. И покажи мне, насколько ты хочешь финансовой независимости.
Девчонка немного колеблется, но потом встаёт, быстро задирает юбку, стягивает с себя капроновые колготки и чёрные кружевные трусы и кладёт их на стол передо мной. Плюхается в кресло. Смотрит вызывающе.
Я даже не смотрю вниз. Мне интереснее её лицо.
– Раздвинь ноги.
Она делает.
Подаюсь вперёд, концом ручки цепляю её дешёвое бельишко и сбрасываю на пол.
– Достаточно. Можешь одеваться.
Она быстро натягивает трусы и колготки обратно, уже без улыбки.
– По коридору налево, третья дверь.
Там её научат работать с “богатыми папиками”. Правильно флиртовать. Вытаскивать из них деньги так, что они будут делать это добровольно – ещё и довольными останутся.
Вика немного растерянно кивает и выходит.
– Серый, запускай следующую.
Эта совсем другая. Тощая коротышка, с короткой стрижкой и огромными испуганными глазами. Выглядит так, будто её только что вытащили из детского дома.
– Имя?
– Маша, — почти шёпотом.
– Расскажи мне немного о себе.
Она не врёт про тяжёлую жизнь. Это видно сразу. Рассказывает про долги, про то, что её выгнали из общежития, про то, что готова “делать что угодно, лишь бы вылезти из этой ямы”. Голос срывается каждые несколько слов.
– Ситуация: дед с кучей болячек, последние пять лет живёт впроголодь, копит на похороны. Твоя задача – забрать у него эти деньги. Ты готова это сделать или совесть не позволит?
– Что?..
Маша бледнеет. Губы дрожат. Она явно хочет встать и убежать, но остаётся сидеть, вцепившись в край стула.
Я жду.
Несколько секунд и она начинает плакать.
– Всё, свободна, – роняю.
Она встаёт, размазывая сопли по руке.
Морщусь.
– Серый, забери её. Не подходит.
Тру лицо ладонями. За последние двое суток я спал не больше трёх часов. Даже кофе уже не помогает. Откидываюсь в кресле и закрываю глаза.