В силу чего?
«Они бьют спину ветками, заливают в себя огонь, / Жидкий огонь даже жарче, чем та вода, / Что течёт из вулканов, и казачее „ого-го!“ / Выливается вместо понятных слогов из рта».
Речь, понятное дело, о том, что казаки тут же устроили себе баню («бьют спину ветками») и пьют водку («заливают в себя огонь») – и водка эта (они угостили аборигенов) жарче вулканической лавы, о которой коренные жители Дальнего Востока знают не понаслышке.
И, наконец, последняя строфа, где житель российского Дальнего Востока, меткий охотник, добывший несчётное количество добычи, догадывается о будущих войнах, в которых он будет участвовать заедино с явившимися к нему казаками: «Я не то чтоб шаман, но дело имел с огнём, / Вам об этом расскажет моих меткостей череда / И предчувствие, что мы на Запад ещё пойдём, / Рука об руку – камчатец и камчадал».
Камчатцы – это, ясное дело, жители Камчатки. Камчадалы – это дети от смешанных отношений русских и камчатцев, чукчей и прочих аборигенных этносов.
Ну и что тут неясного? Если глазами читать, а не торопиться поскорее высказаться?
Стихи эти, конечно же, имеют прямой отсыл к донбасскому противостоянию, к участию в кампании на Украине народов Дальнего Востока, выказавших там необычайное мужество и неутраченное охотничье мастерство.
Пегов задорно скрепил в своих стихах историю русских казачьих походов с днём нынешним, показывая, что время – едино, и все мы из века в век – неизменны.
Наконец, стихи эти по-настоящему мастеровиты: здесь нет ни одной банальной рифмы. Более того, большинство рифм этого стихотворения встречается в русской поэзии – впервые.
Слышите, нет? Впервые.
Пегов – кудесник. Твори, Сём.
Русскоязычные
Лойко, полай-ка
Сергей Леонидович Лойко[38] родился в Москве, в 1953 году.
Проходил службу в Советской армии. С конца восьмидесятых работал переводчиком и спецкором на всякие британские конторы. Освещал военные конфликты и революции в Молдове, Грузии, Абхазии, Нагорном Карабахе, Таджикистане, Чечне, Афганистане, Ираке и на Украине – всегда в сугубо антироссийском ключе. Всё это время его постоянным местом жительства оставалась Москва. Имел собственный дом на Рублёвке.
(Мы жили в стране победившей демократии. Победившей русофобской демократии.)
Лето 2014 года Лойко провёл в донецком аэропорту, находясь среди украинских военнослужащих. Их тогда называли «киборгами».
По горячим следом написал роман «Аэропорт», презентация которого состоялась 3 сентября 2015 года в Киеве. В том же году Лойко был удостоен одной из высших наград в американской журналистике – «Overseas Press Club Bob Considine award» «за храбрость, достоверность, оригинальность, глубину и выразительность описанного».
После этого Лойко вернулся в Москву (царство тьмы и несвободы), где неоднократно принимал участие в теле- и радиопрограммах.
Роман Лойко посвящён событиям, в целом мне известным: на другой стороне против «киборгов» воевали мои товарищи – командир батальона «Спарта» Арсен «Моторола» Павлов, командир батальона «Сомали» Михаил «Гиви» Толстых, командир батальона «Пятнашка» Ахра «Абхаз» Авидзба. Противостояние освещали мои друзья: военкор и поэт Семён Пегов, легендарные военкоры Женя Поддубный, Саша Коц, Дмитрий Стешин.
Сам я неоднократно бывал в том аэропорту; чаще всего – с главой Донецкой народной республики Александром Захарченко: я был его советником и офицером его армии.
Помню, как приезжали в аэропорт российские артисты, решившиеся поддержать ополчение в самый разгар схватки, – Иван Охлобыстин и Михаил Пореченков. Пореченков даже дал одну очередь из ПКМ в сторону украинских позиций.
Эпизод этот военкор Поддубный пустил в эфир российского телевидения, за что Пореченков был подвергнут в актёрской среде жесточайшему остракизму.
Лойко за свою деятельность никакому остракизму в России подвергнут не был.
С романом его я ознакомился в 2017 году, зная о том, что права на перевод приобрели издательства Польши, Грузии, Эстонии, Голландии, и якобы даже планировалась экранизация в Голливуде.
Читая, я сразу же публиковал непосредственные реакции в своем сетевом журнале; приведу здесь ряд записей той поры.
Неожиданный поворот в сюжете романа Лойко.
В донецкий аэропорт приехал российский актёр Поребриков (ну, вы поняли). И готовится стрелять из пулемёта.
Цитата: «Поребриков нажал на курок…».
Господин Лойко! Смею Вас уведомить, что курок – взводят и спускают. Нажимать на него бессмысленно. Если вы вообще найдёте курок у ПКМ.
[38] Упоминаемый Сергей Лойко включён министерством юстиции РФ в реестр иностранных агентов.