Она ответила на поклон и заметила, что никто из присутствующих в храме не разглядывал её руку, как это всегда делали ученики школы Юэин. Здесь каждый лично был знаком со шрамами, и чужие увечья их не волновали.
– Станешь частью нашей семьи? – Вэй подошёл к пустой стене и потянул за длинный шнурок, что свисал с потолка, – вниз опустилось тканевое полотно с изменённым гербом школы Дафэн – всего одной чёрной линией, закрученной в спираль.
– Я… я не знаю…
Что ей делать теперь, когда она наконец ухватилась за главную нить в этой истории с падением клана Фэн? В голове царила неразбериха, а грудь сдавило от осознания простой истины: если она сейчас согласится, то навсегда потеряет тех людей, которые остались в деревне Юэ. Они точно не поймут и не простят её за связь с мятежниками – главными врагами императора.
– У меня всё ещё есть выбор? – спросила Мэйфэн и взглянула в сторону братьев У, которые стояли рядом, но продолжали молчать.
От стен храма вновь отразилось эхо заливистого смеха. Юй спрыгнула с сундука и неожиданно похлопала Фэн Мэйфэн по спине.
– Кажется, я снова выиграла у тебя монеты, Вэй! – весело проговорила она. – Девчушка хоть и знает, что является единственной наследницей этого пика, но всё равно не готова так быстро оставить свою прежнюю жизнь. Как и ожидалось…
– Я ещё не дала ответ!
– Думаю, после того, что ты от нас услышишь, возвращаться тебе точно не захочется.
Фэн Мэйфэн знала, что Юй права: теперь она не сможет просто уйти отсюда и сделать вид, что никогда не встречала этих людей. Пусть они ведут не столь благородный образ жизни, но на всё должна быть причина, и наследница клана Фэн хотела удостовериться в своём выборе, прежде чем её жизнь навсегда изменится.
– Расскажите мне хотя бы часть правды, чтобы я решила, стоит ли оно того! Например, как вы выжили десять лет назад и оказались на пике Юнфэй?
На удивление, Вэй не стал спорить с ней и только предупредил:
– Пока мы не приняли тебя в свои ряды, я не буду делиться сведениями бесплатно. Моя история взамен на твою. Ты объяснишь нам, зачем вы с Принцем Ночи перевозили цзянши через Долину холмов. Мы одним глазом следили за вашими передвижениями, особенно когда вы проникли на нашу территорию, но решили не вмешиваться, ведь ты наследница этих земель.
Мэйфэн кивнула, соглашаясь.
– Не знаю, много ли ты помнишь из своего детства, – начал Вэй и бесцеремонно сел на низкий стол, скрестив перед собой ноги. – Самое главное, что тебе нужно знать… всё подстроено. Вся история, которую рассказывают в столице и провинциях, лишь красиво написанная легенда, не имеющая ничего общего с правдой.
– Я догадывалась об этом. Хоть мои воспоминания обрывочны, я уверена, что здесь произошла настоящая бойня между адептами Дафэн.
– Верно. После кровавой резни на пике Юнфэй многие убежали в горы и были слишком напуганы, чтобы возвращаться. Ты же понимаешь, что есть те, кто остался в живых: заклинатели, которые патрулировали границы или выехали на задание накануне, а также счастливчики вроде тебя.
– Но, если столько людей выжило, почему вы так и не заявили о себе?
– Пытались, но на нас началась настоящая охота. Сначала мы и сами не понимали, что произошло в тот день, и пытались объяснить случившееся нападением демонов, но дальше чёрное и белое стало ясно различимо. Хоть наёмники не надевали имперские доспехи и работали скрытно, нам всё же удалось поймать одного из них, и под пытками он признался, что выполнял тайный указ императора: уничтожить, загнать, как дичь, и безжалостно вырезать каждого, кто связан со школой Дафэн.
Вэй закусил нижнюю губу и коснулся пальцами своей щеки, покрытой тонкой бледной кожей, изрезанной ожогами. У Фэн Мэйфэн же просто не было слов, она слушала молча и старалась не забывать делать короткие вдохи.
– Мы разбрелись, жили как бродяги, но имперцы находили нас, куда бы мы ни сбегали. Они врывались в наши жилища, поджигали дома и запирали засовы, чтобы никто не смог выбраться из пламени. Они пытали добрых людей, которые нас укрывали, и это стало последней каплей. Я хотел остановить этот ужас! – Вэй с теплотой взглянул на свою помощницу, и та ответила ему благодарной улыбкой. – Тогда я и наткнулся на Юй, она выжила только потому, что во время резни гостила у родственников в Байшани. Через год скитаний и бесконечного бегства она потеряла волю к жизни и отказалась бороться, предпочитая захлебнуться в дорожной грязи.
– Вэй спас меня тогда и предложил нечто безумное – попробовать вернуться домой! – подхватила девушка и подошла к стене, где висел огромный флаг мятежников. – Тем более что имперские крысы опечатали пик и не совались сюда из-за бесчисленных ловушек, расставленных на горе.
– Так собрался отряд, к которому присоединились выжившие, а потом и те, от кого отвернулись империя Чжу и заклинательские школы. Фэн Мэйфэн, мы не благородные разбойники, мы пользуемся любыми методами, чтобы достичь своей цели, но при этом мы семья, узы которой невозможно разорвать.
История отзывалась тянущей болью в груди Мэйфэн, прямо как тогда, когда она ехала на повозке с цзянши по глухой деревеньке с домами, исцарапанными когтями яогуаев. Пока она жила спокойно и сражалась лишь с призраками прошлого, люди из её клана каждый день боролись за своё существование.
– Почему тогда эти наёмники, о которых вы говорите, не добрались до меня? – неуверенно спросила она. – Разве я не самая главная угроза для тех, кто организовал падение Дафэн?
– Семейству Ван хорошо удавалось скрывать тебя от чужих глаз все эти годы, – ответил Вэй и подтянул одно колено к груди, садясь в ещё более вызывающую позу. – Даже мы долгое время не могли отыскать тебя, и только два года назад пошли слухи, что в школе Юэин объявилась наследница клана Фэн. Мы несколько раз пытались проникнуть в деревню Юэ, чтобы встретиться с тобой, но магическая защита храма была слишком сильна – о любом чужаке мгновенно становилось известно. Пришлось понадеяться на волю случая, и вот ты здесь.
Она часто задумывалась о том, как много сделали для неё дядя Ван и тётушка Ван, но ей и в голову не могло прийти, что эти люди и вправду рисковали ради неё жизнью. Если Вэй говорил правду, то глава клана продолжал защищать названую дочь и пресекать слухи вплоть до её пятнадцатилетия, когда история с пиком Юнфэй перестала быть столь значимой, а пристальный взор императора обратился в сторону государства Фа.
– Какой цели вы хотите достичь? – Её голос дрогнул.
– Всего-то прервать прогнившую насквозь династию, сжечь Зал Высшей Гармонии и восстановить справедливость! – Вэй пожал плечами и ухмыльнулся, отчего его губы, обтянутые тонкой обожжённой кожей, некрасиво искривились. – Это наша мечта, за неё мы готовы расстаться с жизнью.
– Вы тоже думаете, что…
Конец ознакомительного фрагмента.