Неизвестный человек в чёрном вытащил ногу Мэйфэн из стремени и легко подхватил заклинательницу, не давая ей упасть на землю. Удалось разглядеть только часть лица, прикрытого капюшоном, но даже этого хватило, чтобы понять, что наследница клана Фэн точно знала этого мужчину, видела его несколько раз в школе Юэин.
– Вы же… вы Е Тао? – спросила она, когда спаситель осторожно усадил Фэн Мэйфэн прямо на тропу. – Что вы здесь делаете?
Он не ответил, раскрыл портал тени и исчез, оставив её в одиночестве среди мёртвых тушек демонов. Раздавленные красные тела лежали повсюду, и след от техники третьей ступени ещё витал в воздухе горячим шлейфом.
Яогуаи в лесу всполошились и завыли, послышался высокий звон клинка, впивающегося в плоть. Сжимая виски пальцами, Фэн Мэйфэн обернулась в сторону неприятных звуков и выдохнула – похоже, этот заклинатель решил перебить всех демонов в округе.
– Откуда он здесь вообще взялся? – прошептала она и потянулась к своему затылку, нащупывая влажные от крови волосы. – Появился подозрительно вовремя.
Догадаться обо всём было несложно: человек Ван Юна мог оказаться в Долине холмов лишь потому, что хозяин послал его следить за своей названой сестрой. Он отпустил её, но по-настоящему не оставил одну… Мысли о гэгэ согревали, и камни в цзюане на запястье отозвались лёгким подрагиванием, словно кто-то по ту сторону их связи тоже думал о ней.
Сердце билось слишком быстро после падения, поэтому Фэн Мэйфэн ещё немного посидела, пытаясь успокоиться. Когда шум в ушах затих и снова стал слышен лишь скрип старых деревьев, качающихся под напором ветра, она схватилась за гриву лошади и поднялась на ноги. Внезапная боль в лодыжке заставила её зашипеть и покрепче обхватить шею кобылы. Но она каждый день в течение многих лет поднималась к храму Юншэн по острым камням Пути Очищения, поэтому умела терпеть и сейчас, прихрамывая, медленно пошла вперёд по тропе.
Минула половина часа, прежде чем Фэн Мэйфэн наконец увидела деревянные ворота деревни Сянь. Огни на стене горели тускло и освещали фигуру человека, который стоял на дозорной башне. Увидев приближающегося путника, мужчина сначала вскрикнул что-то о яогуаях, но как только наследница клана Фэн ступила в свет фонарей, он успокоился и замахал руками:
– Быстрее, господин! Мы закрываем ворота на ночь!
Шляпа слетела, пока Фэн Мэйфэн висела над пропастью, и теперь у неё оставался только чёрный капюшон, который мог помочь скрыть лицо с нежными чертами. Накинув ткань на голову, она прошла на территорию деревни.
Молодой дозорный, на вид чуть старше самой Мэйфэн, быстро спустился вниз и, ещё раз осмотрев лес неподалёку, навалился на массивные ворота, которые вскоре захлопнулись с глухим стуком.
– Спасибо, что впустили меня.
– Не стоит благодарности, господин, сейчас хуже всего – остаться ночью без укрытия, поэтому мы стараемся принимать всех путников. Постоялый двор прямо по дороге, это единственный видный дом в деревне, так что точно не пропустите. И ещё, раз уж мы ровесники, мой вам совет: не попадайтесь на глаза здешней страже.
– Почему?
– К нам прислали магистрата из столицы, а вместе с ним и солдат, которые досматривают всех, кто выглядит подозрительно. – Юноша кашлянул в кулак и неловко произнёс: – Я не имел в виду лично вас, просто знайте, что эти люди избили уже многих жителей.
– Понятно. Благодарю вас за помощь!
Фэн Мэйфэн обозначила поклон и направилась дальше по пустынной улице, на которой ей ни встретилось и пары прохожих, только один пьяный старик, что сидел у забора и напевал унылую песню.
Постоялый двор представлял собой обшарпанную двухэтажную постройку с ветхой черепичной крышей и покосившейся табличкой над входом. Подведя лошадь к пустующей коновязи, Мэйфэн с опаской прошла к двери и раскрыла деревянную створку: её сразу окатило запахом дешёвого вина и кислого риса. Внутри всё оказалось так же печально, как и снаружи: в пустующем зале стояло несколько низких столиков, тускло поблёскивающих от жира, и пожилая женщина в поношенном платье убирала золу из очага, поднимая вокруг себя клубы пыли.
– Прошу прощения! Есть ли у вас свободная комната на эту ночь?
– Великие небожители, неужто посетитель? – Женщина бросила железный совок на пол и подбежала к Фэн Мэйфэн, даже не отряхнувшись от золы. – Конечно, комната у меня есть, выделю лучшее, что имеется! Всё же спрос теперь на моё заведение небольшой, и я ценю, что вы смогли добраться в такую глушь!
С трудом освободив руки из крепкой хватки хозяйки, Мэйфэн присела за первый попавшийся столик и спросила низким голосом:
– Что-то случилось в этой деревне?
– Ох, молодой господин, это не только у нас, а по всей провинции! Неужто вы не слышали? Летом к нам пожаловали люди из столицы, которые построили на тракте три заставы и привели отряды имперских солдат для защиты наших земель. Сначала мы думали, что теперь жизнь станет лучше, но всё оказалось совсем не так: через заставы мало кого пускают, и даже торговцы часто не могут до нас добраться, поэтому мы голодаем. Ещё и новому магистрату поручили найти мятежников, которые прячутся где-то в наших местах, и этот ужасный человек тоже не даёт нам свободно вздохнуть.
– Вот как… – Фэн Мэйфэн нахмурилась и оглядела хозяйку из-под капюшона: вблизи было заметно, что её щёки впали, а старое платье мешком висит на острых плечах. – Не знал, что вы так бедствуете. Слышал, что раньше здесь было хорошо, когда рядом жили ученики школы Дафэн, а теперь совсем никого из заклинателей не осталось?
Женщина вытерла о подол руки, испачканные сажей, и покачала головой:
– Никого! – Она ответила слишком уверенно, словно точно знала, о чём говорит, и понизила голос до шёпота. – Нас бросили ещё десять лет назад, и только путники с серебристым месяцем на плече иногда захаживали к нам и помогали то с разбойниками, то с задержавшимися на границе миров духами. Как-то так и выживали. Сейчас же имперцы заняли город Байшань и медленно подбираются к пику Юнфэй, но пока боятся ловушек, которые там расставлены. Думаю, скоро они найдут способ захватить его, и тогда на наших шеях завяжется удавка.
Что-то во всей этой истории не давало Фэн Мэйфэн покоя. Она была здесь чужаком, но хозяйка слишком рьяно рассказывала ей о деяниях империи, как будто совсем не боялась, что её могут обвинить в измене.
Повисло долгое молчание, которое прервал грубый голос, доносившийся откуда-то сверху:
– Ужин!
Другой постоялец спустился со второго этажа, грузно ступая по скрипящим под его немалым весом ступеням. Мужчина, облачённый в богатые синие одежды и носивший чёрную шапку гуаньмао[69], приземлился за соседний столик, чуть его не перевернув, и снова повторил:
[69] Шапка гуаньмао – жёсткий фигурный головной убор, традиционно носимый чиновниками и служащими. Её тулья находится ниже задней части, скрывающей пучок волос, а по бокам почти всегда располагаются характерные крылышки.